Мальчик, монстры и загадка черного дома

– Хорошо, хорошо, – с улыбкой ответила мама и вернула сына на место. – Я постоянно забываю, каким взрослым ты уже успел стать.

Она всё-таки умудрилась чмокнуть его в щёку, Тима смущённо улыбнулся и незаметно стёр следы поцелуя.

– Будешь завтракать, именинник? – с весёлой ухмылкой спросил отец.

– Нет уж, – ответил Тима, поднимая с пола упавший рюкзак. – А то опять кто-нибудь захочет меня поздравить, и я тогда точно опоздаю в школу.

– Возьми хотя бы бутерброд, – тут же засуетилась мама, но мальчик, мгновенно оценив ситуацию, попятился к двери.

– Меня Патрик ждёт, он принесёт мне конфет! Пока! – закричал он уже с порога и пулей выскочил на улицу.

– Но конфеты – это не еда! – понеслось ему вслед, но Тима уже быстро бежал по улице.

Три дома прямо, по вздыбленному мостику через ручей, под тень высоких деревьев, шурша опавшей и горящей огнём листвой, к старому корявому дубу.

– Эй! Берегись! – закричал Тима и с разбегу налетел на прикорнувшего под деревом друга.

Они кубарем полетели по тёплой земле, разметая листья, пачкаясь в золотистой пыли и сминая друг друга.

– Совсем спятил! – заорал Патрик, высвобождаясь из захвата и поднимаясь на ноги.

– Я тренирую внезапную атаку, – усмехаясь, ответил Тима, тоже поднимаясь на ноги и потирая ушибленную руку. – Дядя Драк говорит, что я могу оказаться вампиром, а они всегда нападают быстро и бесшумно.

– Ага, внезапную, – недовольно засопел Патрик. – Чего ты тогда орал на весь лес?!

Лицо друга недовольно порозовело, и в глазах его уже собирались крупные слёзы обиды.

Вот так всегда. Глаза Патрика словно содержали в себе слишком много воды и по малейшему поводу пытались излить их наружу. И это ещё сын клоуна!

Патрик был кудрявым, низеньким и кругленьким. Ремни его зелёных подтяжек всегда плотно давили на плечи, а рубашка в розовую полоску делала его похожим на завёрнутый в обёртку пончик. На лице его всегда горел смущённый румянец, круглый красный нос смешно морщился, глаза смотрели испуганно, а кожа ещё не приобрела тот молочно-белый цвет, что отличал его родителей-клоунов.

Конечно, несколько ведьм и, говорят, даже гоблинов, в их роду могли немного изменить цвет его кожи, но всё-таки все ждали, когда же Патрик, наконец, побледнеет. Ну и слёзы, конечно. Они были его неотъемлемой частью и делали Патрика постоянной жертвой презрения и насмешек. Так они и подружились.