Мальчики-охотники за удачей на Аляске

С другой стороны, ты можешь сказать, что ты партнер, что твой размер и возраст не имеют значения и ты имеешь право на то, чтобы тебя выслушали. Как бы то ни было, Сэм, обращаться к закону в этом случае мы не станем. Закон ненадежен. Иногда он справедлив, но больше нет, и честный человек никогда не должен ему доверяться. Если ты собираешься решать, каким должно быть это партнерство, не успеет овца два раза махнуть хвостом, как наскочишь на скалы, потому что у тебя нет опыта капитана Стила, но если ты доверишь мне руль и позволишь вести тебя в гавань, я возьмусь за эту работу и постараюсь справиться с ней как можно лучше.

– Дядя Набот, – искренне ответил я, – если бы вы не были честным человеком, я бы никогда не узнал, что вы партнер моего отца или что он имел какой-то интерес в вашем бизнесе. Но вы были более чем честны. Вы были добры ко мне, и я с радостью доверяю вам во всех отношениях.

– Отлично сказано, парень! – воскликнул мистер Перкинс, радостно хлопая себя по коленям. – Именно этого я ожидал от сына Мэри.

Мы поладим, Сэм, и, даже если я не сделаю тебя богатым, у тебя всегда будет друг, пока я жив и стою на ногах.

Мы оба встали и торжественно пожали друг другу руки, скрепляя наш договор. После чего мой друг и покровитель вернулся в кресло и снова положил ноги на подоконник.

– Сколько собственности принадлежит мне, дядя?

– Мы никогда не оформляли документы. Капитан Стил знал, что может мне доверять, поэтому бумаги были не нужны. Ему принадлежала треть «Флиппера», и он давал половину средств на поддержание торговли.

Это делало очень трудным расчет прибыли, поэтому мы все собирали вместе, чтобы избежать сложных расчетов. Конечно, после каждого плавания твой отец получал свою долю прибыли, так что до плавания в Японию мы с ним полностью рассчитались. Вероятно, деньги, которые я ему дал, были в морском сундуке, и старая пиратка в доме забрала их вместе со всем остальным. Японское плавание было неудачным, как я сказал тебе, но капитану еще полагается около тысячи долларов – то есть полагаются тебе, Сэм, а доля в корабле стоит добрых десять тысяч.

Я пытался понять, что это значит для меня.

– Это ведь очень большая сумма, дядя? – почтительно спросил я.

– Зависит от того, как на это посмотреть, – ответил он. – Большой дуб вырастает из малого желудя, как ты знаешь. Если доверишь мне, я постараюсь, что бы эта тысяча намного выросла до твоего совершеннолетия.

– Конечно, я предоставлю это вам, – сказал я.