Мальчик-привидение

Мамки и няньки сбивались с ног, гонялись за ней по саду: ведь обучение наукам и королевскому этикету никто не отменял, нужно было сидеть за партой и учиться так же, как и обычным детям. Звали её принцесса Винди, но домашние её называли Ветерок, потому что она им казалась такой же лёгкой, воздушной и неугомонной.

Наверное, вы уже догадались, что король, давая имена своим детям, вспомнил, что его предки когда-то жили в Англии. Так вот, имя Флори он придумал от английского слова flower – цветок, Моси — moth – мотылёк, ночная бабочка, Винди – wind – ветер!

А ещё был у нашего доброго короля сын.

Но, как тогда говорили: вот уж не повезло ему с сыном, так не повезло.

Это был красивый, сказочно красивый мальчик с белокурыми вьющимися волосами, голубыми глазами, розовыми нежными пухлыми щёчками, не мальчик, а просто ангел. Но он только выглядел, как ангел, и больше ничего. А за этой ангельской внешностью скрывалась демонская сущность. Он был вредным, капризным и непредсказуемым. Непослушным и своенравным.

У него было злое сердце и чёрствая душа. Его все сторонились, даже слуги и те старались лишний раз не попадаться ему на глаза. Няньки его побаивались, считали избалованным невоспитанным ребёнком. Это всё от вседозволенности, считали они. Никогда не знаешь, что у него на уме и что он может выкинуть в любую минуту.

Звали принца Клауд. Имя его, образованное от английского слова cloud – облако, туча, – ему было под стать, соответствовало его тяжёлому нраву. За глаза, втихаря все так и называли его – Тучка.

«Вон Тучка идёт, лучше уйти с дороги. Опять настроение плохое, почернел весь, как Туча грозовая, опять что-то задумал», – и в рассыпную разбегались, увидев его, а то попадёт ни за что, ни про что.

Отец очень любил сына, и поэтому ничего не замечал, ни его проказ, ни его капризов, грубости и своенравия. Ведь при отце принц вёл себя как послушный, ласковый и покладистый мальчик. Вот что делает слепая родительская любовь!

Но стоило только королю уехать по своим государственным делам, Клауд снимал маску милого ребенка и превращался в шкодливого, неуправляемого хулигана.

Схватив рогатку или, ещё хуже, лук со стрелами, он отправлялся в парк искать «добычу»: кого бы обидеть, ударить, подстрелить, а если повезёт, то и гнездо какой-нибудь птички разорить, мотылька или бабочку поймать и оторвать ей крылья. Вот радости-то.

А больше всего ему нравилось гоняться за сестрами. Ох и доставалось им от него.