Мальчишки, мои товарищи (сборник)

Мальчишки, мои товарищи (сборник)

Владислав Петрович Крапивин

«Собрание рассказов и маленьких повестей, разных по жанру и стилистике, но объединенных единым героем – мальчишками, с их проблемами, надеждам и переживаниями. Данный цикл объединяет ранние работы автора и может выступать как отражение пробы пера…»

Владислав Крапивин

Мальчишки, мои товарищи (сборник)

Ранние рассказы. 1957–1963 гг.

Страна Синей Чайки

Предисловие

Горы – отроги Южных Саян – лежали по краю степи и в сумерках были похожи на припавших к земле динозавров.

Сумерки густели быстро, и ночь растворяла силуэты гор в непроглядной черноте. Зато в небе разгорались небывало яркие звезды… Посреди этой таинственной – с древними хакасскими могильниками и отбившимися от табунов конями – стояла мазанка. Она гордо именовалась “полевой стан Карасук”.

В мазанке, вместе с несколькими товарищами по студенческому отряду жил автор этой повести. В августе и сентябре далекого 1957 года.

Целина это вам не фунт изюма.

После полновесного рабочего дня – на току или в поле – гудела спина, болели руки. Но физическая усталость ни коим образом не убавляла творческие силы и энтузиазм будущего литератора. Он брал карандаш и тетрадку…

Да, творческих сил было много. А умения мало. Опыта – никакого. Писать же хотелось отчаянно. Причем, писать о необычном. О море (которое автор знал лишь заочно, по книжкам А.С.Грина), о парусах (которые автор изучал лишь по иллюстрациям, чертежам и морским словарям), о приключениях и о мальчишках с рыцарскими характерами – дань собственному недоигранному детству.

И автор вдохновенно сочинял. У свечи, у керосиновой лампы, а иногда и у костра. А бывало, что и в кузове тряского грузовика, когда бригаду перебрасывали с одного поля на другое.

Иногда на смену энтузиазму приходило отчаяние. Автор в свои почти девятнадцать лет был не совсем глуп, и порой его настигало трезвое понимание, как беспомощна его первая в жизни повесть. Но остановиться не было сил. Казалось невозможным уйти из страны, где ослепительное море, опасности и друзья.

К тому же, страна эта (в тощей тетрадке с красными корочками) в те нелегкие дни просто помогала автору жить…

Лишь исписав сорок три страницы, автор окончательно решил, что работать дальше нет смысла, и спрятал тетрадку подальше. И взялся за другую, более реалистическую (как ему тогда казалось) повесть.

А тетрадка лежала, лежала, и вдруг теперь, почти через сорок лет, автору стало жаль ее.