Змеи крови (Слово шамана)

– И много пользы от той родни видеть доводилось? Хоть какую помощь они оказывали, окромя стрихнинчика, что в стакан то и дело подсыпать норовят?

– Я потомок древнего рода Рюриковичей, – поднялся со своего кресла царь. – Предкам моим сам император византийский дань платил, от имени их все пределы земные дрожали, а ты славу всю единым махом псам смердящим на потеху отдать желаешь?! Да как только ты измыслить такое посмел?!

– Я про дело думаю. Про крепость рубежей русских, про покой жителей ее.

А что слова? – пожал плечами Росин. – Слова – это дым. Коли ты трус, то сколь храбрецом не называйся, отважней не станешь. А если для обмана врагов своих глупцом и трусишкой выглядеть полезней, то почему бы и нет? Что от этого в сердце твоем изменится?

– Что изменится от того, что весь мир станет считать меня трусом? – приподнял брови царь, и в серых глазах его ощутился ледяной холод.

– А какой прок от пустого хвастовства? От похвальбы и гордыни что за выгода?

– То не слова пустые! – рявкнул Толбузин.

 – Наш государь не раз в атаку первый мчался, жизни своей не жалея, в Казани…

Царь вскинул руку, и опричник моментально смолк.

– Скажи, Константин Алексеевич, – ласково поинтересовался русский правитель, – не спрашивала ли супруга твоя, Анастасия, про родичей своих?

– Про тех, что в заговор против тебя затевали? – глядя царю в глаза, уточнил Костя. – Нет, не спрашивала.

– Это хорошо, Константин Алексеевич, – кивнул правитель.

 – Потому, как после слов твоих думы всякие бродить начинают.

– Заманить и уничтожить, – повторил Росин. – Уничтожить всех и навсегда. Скажи, государь, что дороже тебе: слава твоя великая, или крепость земли русской? Стоит ли слава сломанных судеб человеческих? Позор страшнее смерти – но что, если именно им победы добиться можно? Страну спасти? Ты же правитель, царь. Подумай! Слова – пыль. Россия – вечна.

– Ступай, Константин Алексеевич, – отвернулся царь.

 – Боярский сын Толбузин тебя проводит. Андрей, дьяка Данилу Адашева найди и ко мне пришли. Славы мне не надо, но гибели стрельцов татарам не спущу. Пусть в новый поход готовится.

Глава 3

Змеи крови

В этот год половодье доставило обитателям усадьбы немало страха. Вода в Осколе поднялась неожиданно высоко и плескалась под самыми стенами. Но Бог миловал, и до ворот земляной крепости вешние волны не дотянулись.