Любовь не по расписанию

– В такую пургу искать не станут, а утром сама их найдешь. Перестань истерить, я же тебе не злой Леший, не съем я тебя и не покалечу. Переждешь до утра и уйдешь домой, – его дыхание чуть сбилось, все же я с грузом на плече идет, а снега намело почти по колено.

– А чего ж Вы меня тогда насильно тащите? – съехидничала я.

– Потому, что ты сама идти не можешь, да и отказываешься, – а вот он был спокоен.

– На цепь меня посадите? Я же сбегу, сразу как отпустите! – на эмоциях говорила я, не в состоянии держать рот на замке.

Всегда болтала, когда нервничала.

– Цепь? Я даже пса на цепи не держу, – он тихо хохотнул. – Никуда ты не уйдешь, сама не захочешь.

– А чего бы мне не хотеть уходить? – возмутилась я.

– Ты жить хочешь? – незнакомец остановился, и поправил меня на плече, от чего я недовольно шикнула:

– Ауч! Конечно, хочу! Что за вопросы?!

– Вот поэтому и не убежишь. Ты хромаешь, за окном метель, вокруг дома непроглядный лес, в котором охотятся звери. Ты легкая добыча, заблудишься и умрешь.

Не от холода, так медведь загрызет, а то и волк. Здесь и не такое водится, – не знаю, запугивал он меня или предупреждал, но в его словах нашли отклик в моем разбушевавшемся разуме.

– Убегу, если в доме мне будет опаснее, чем за его пределами. Лучше уж умереть от зверя, чем от насильника! – мужчина замер, а мне аж дышать сложно стало. Вот это я зря ляпнула.

– Никогда в жизни не был насильником, и становиться им не собираюсь. Говори, что хочешь, но умереть из-за глупых поверий я тебе не позволю, – сурово заключил похититель, а затем пошел быстрее, более со мной не разговаривая.

У меня не было оснований верить ему, но что-то в его голосе проскользнуло такое, внушающее доверие. Я не могла объяснить это чувство, но точно знала, что вреда мне он не причинит, и от этой мысли сразу спокойнее на душе стало.

Я перестала спорить и брыкаться, смирившись со своей участью. Оперлась руками о мужскую спину, чтобы не висеть головой вниз, а то начинало подташнивать, и старательно пыталась запомнить дорогу.

Хотя все мои ориентиры сливались в единый белый комок снега.

Совсем скоро лес начал редеть, а света прибавилось. Я посмотрела через плечо и увидела небольшой, аккуратный деревянный домик, огороженный низким забором. Над калиткой возвышался фонарь, он то и привлек мое внимание в лесу. Из дымохода валил дым, и тело, в ожидании тепла, которое несет за собой растопленная печь, тут же съежилось.