Зубы дракона

На дороге толпа охотников с хохотом тискала женщину, которая тихонько, сквозь слезы, скулила и пыталась прикрыться руками – рапсодия, затоптанная, валялась в песке. Парень, отступив почти до самой травы, внезапно отбросил в сторону копье и ударил по рукояти висевшего на поясе ольхона. Длинный, изогнутый нож словно сам собой перепрыгнул к нему в ладонь, легко, со свистом, описал сверкающую дугу и тяжело качнулся над оранжевым песком. Парень слегка наклонился, широко расставив ноги, и медленно двинулся вперед.

– Давай, Кюг! – заулюлюкали в толпе. – Вздрючь его хорошенько!

В животе, под самым пупком, зародился ужас и липко расползся по телу – для них это было развлечение. Обычное баловство. И именно меня сейчас изрубят до состояния фарша для котлет… Парные котлетки из Игоря по-полтавски…

Тьфу ты, это же сон!

Я кинулся вперед. Кюг отбил удар с такой силой, что заболела кисть. Я схватил ольхон обеими руками и со всего размаха, из-за головы, рубанул врага так, что он должен был развалиться на две половинки… Но лезвие бесполезно пошелестело в воздухе, а левое плечо резанула страшная боль.

Я даже присел, выронив клинок и зажав рану ладонью. Кровь хлестала, как вода из пожарного брансбойта, на глаза навернулись слезы.

– Все, ребята, все… – это уже была не игра, это было по настоящему больно и серьезно. Теперь они должны были прекратить свой хохот и помочь мне наконец!

– Не плачь, мой маленький, – с явным глумлением в голосе посочувствовал Кюг, – сейчас мы тебя вылечим.

Внезапно он сорвал мою руку с раны и щедро сыпанул плечо желтым порошком из небольшого кожаного кисета. Внутри словно полыхнуло огнем. Я заорал, вскочил с постели и заметался по комнате, зажимая рану…

По комнате…

О, черт! Я проснулся!

Это был сон… Моя комната… Из форточки тянет пропахшей выхлопными газами прохладной сыростью, зелеными циферками отсчитывает время электрический будильник, раскачивается на потолке свет уличного фонаря.

И только плечо болит так, словно его рвет на части взбесившийся кот.

Но ведь это был сон?!

Я осторожно оторвал ладонь от раны. В неясном мельтешащем свете плечо казалось здорово выпачканным, но кровь не текла. Слава богу, приснилось… Сильный удар жесткого древка поднял меня с залитого кровью раскаленного оранжевого песка.

– Вперед пошел, нечего рассиживаться, – новый удар заставил пошевеливаться.