Любимый забытый муж

– Браво! Прекрасное исполнение. Но недостаточно убедительное. Я тебя знаю, помнишь?

Ей хотелось возразить, но потом она решила: пусть он думает что хочет. Ей было больно глотать, словно ее горло ободрали наждачной бумагой. Но это ничто в сравнении с огромной, пугающей правдой, внезапно заполнившей ее мозг.

– Ты меня знаешь?

Он закатил глаза:

– Хватит! Конечно, я знаю тебя.

Она крепче сжала рубашку пальцами, которые стали липкими, и постаралась не паниковать.

– Тогда скажи мне, кто я, потому что я ничего не помню.

Глава 2

Анджело уставился на женщину, переполняясь недоверием и яростью.

Опыт подсказывал ему, что ничего хорошего Алекса не замышляет. Тем не менее, вопреки логике, он заметил, какая она уязвимая, уже не такая бледная, как на пляже. Тогда она напоминала труп, но даже сейчас выглядела хрупкой.

Ее необыкновенные глаза были широко раскрыты, а россыпь веснушек на носу и щеках придавала ей неожиданно здоровый и почти наивный вид. Словно искушенная женщина, которую он знал, превратилась в невинную деревенскую девушку.

Анджело сдержал горький смех, думая об этом.

Ее волосы, теперь темно-медовые, а не светло-золотистые, как она когда-то предпочитала, были растрепаны и выглядели сексуально. Женщина, которую он помнил, делала все возможное, чтобы всегда выглядеть холеной.

Розетта отдала Алексе его рубашку, которую она носила как ночнушку, во время движения, ее грудь подрагивала, и он чувствовал сильное возбуждение. Странно. Насколько он помнил, перестал очаровываться этой женщиной, когда узнал о ней правду.

– Ты ничего не помнишь? – протянул он. – Ловко придумано.

Казалось нелепым, особенно спустя столько времени, что она вернулась сюда. Должно быть, очень хочет снова его обмануть. Но одно ясно наверняка: Алекса выбрала не того мужчину. Он уже не был таким доверчивым, как пять лет назад.

– Вообще-то, – огрызнулась она, – я ничего не придумывала.

Женщина подняла подбородок, и ее глаза гневно сверкнули.

Анджело удивился.

Рядом с ним Алекса всегда была воплощением нежности и доброты. Позже он выяснил, что остальные, вроде его домработницы Розетты, принимали на себя основную тяжесть недовольства Алексы, когда она не сразу получала то, что хотела, но с Анджело была улыбчива и покорна.

Он заметил, как дрогнули ее губы. Наверное, она запоздало поняла, что злость не вызовет у него сочувствия.

Но, несмотря на его цинизм, в душе Анджело проснулись защитные инстинкты.