Оживи мои желания

 – Он сделал паузу, и посланник напрягся. – Однако мой ответ все еще отрицательный.

* * *

Стоя перед зеркалом в своем номере, Сафия пыталась подавить растущую панику. Она перемерила все, что привезла в Швейцарию, и остановилась на платье в западном стиле. Тяжелая ткань казалась черной, пока не попадала на свет и не начинала сверкать пурпурным отблеском.

Черный и пурпурный – цвета скорби. Какая горькая ирония – и того и другого ей досталось сполна. Впрочем, жалость неуместна, ей повезло больше, чем многим другим.

У нее есть здоровье, комфортный дом, деньги. И к тому же у нее есть Тарек. Жизнь научила ее расправлять плечи и продолжать идти вперед, какие бы проблемы ни возникали. Делать все, что возможно, и думать в первую очередь о других.

Поэтому она и здесь – чтобы спасти самого важного человека в своей жизни, а может быть, и целый народ.

Сафия подошла к балкону, с которого открывался потрясающий вид на озеро и горы. Она впервые уехала со Среднего Востока, и пока ее завораживало здесь все. Ну, не совсем все, роскошь, лимузины и собственная охрана скорее привычно утомляли.

Но горы! И эта невероятная зелень! Совсем другое, чем на фотографиях. И даже воздух здесь казался особенным, пропитанным влагой и запахами растущих трав.

В других обстоятельствах она надела бы джинсы и сандалии и нашла способ улизнуть из отеля подальше от охраны – погулять по паркам, изучить витрины, дойти до озера и насладиться видом.

Но обстоятельства такие, какие есть. Сложные. И может быть, даже непредсказуемые, если сбудутся ее опасения и Хассан Шакрун займет трон.

Неудивительно, что сердце билось так сильно. От этого визита зависело слишком многое, и права на ошибку у нее нет. Нервничать – нормально, это помогает концентрироваться на цели и не отвлекаться на остальное. На человека, к которому она приехала. И хотя оставалась крохотная надежда, что ее вмешательство не потребуется, Сафия понимала, что нет. Ей все равно придется с ним увидеться. От самой этой мысли ей становилось плохо, но адреналин поможет набраться мужества.

Сафия глубоко вздохнула и снова поправила юбку вспотевшими ладонями. Ничего, ей не нужно обмениваться ни с кем рукопожатием, а подгибающиеся колени надежно скрыты за тканью. Никто не узнает, как она нервничает. Она не покажет своей слабости перед этим человеком. Не после всего, что он с ней сделал. Игнорируя дрожь в теле, Сафия развернулась и вышла из номера.

– Ее высочество шейхиня Ассары. – Будничный тон дворецкого успокаивал.