Слияние двух одиночеств

Еще одна катастрофа.

– Калли?

Голос Анджелы пронзил пелену страшных воспоминаний. Калли изо всех сил попыталась успокоиться. Она нащупала руку Анджелы, зная, как она сейчас нужна своей маленькой кузине.

Сквозь путаные мысли и шум в ушах до Калли донесся звук приближающихся шагов. Мощный голос дяди эхом отдавался в фойе, и все же тихий голос его гостя резонировал сильнее. У Калли внутри все сжалось, в этом голосе ей послышалось что-то смутно знакомое.

Она отогнала от себя эту абсурдную мысль. Ее просто выбила из равновесия новость, которую ей сейчас сообщила Анджела.

А еще полные страсти послеобеденные часы, неожиданно для самой себя проведенные с самым сексуальным мужчиной на планете. Как бы ей хотелось быть сейчас с ним, а не в подавляющей роскошью убранства комнате в ожидании очередной катастрофы – деле рук ее дяди.

Калли вздохнула. Анджеле сейчас нужна ее поддержка. И нельзя проявлять слабость, как бы эта новость ее ни шокировала.

– Давай пока переживем вместе этот ужин, а там поговорим. – Она ободряюще улыбнулась кузине.

 – Он не может тебя заставлять. Помни это.

На лице у Анджелы было написано сомнение, но времени рассуждать больше не было. Мужчины приближались.

И снова тембр голоса их гостя вызвал у Калли какую-то странную реакцию. В ней опять зашевелилось то, что словно проснулось сегодня под сенью сосен и чувственным и сильным мужским прикосновением.

Сердце у нее забилось чаще. Стараясь игнорировать это странное ощущение, она сделала шаг вперед. И тут же резко остановилась.

Дядя Аристидис с широкой улыбкой посмотрел на стоящего рядом мужчину, потом повернулся и широким жестом обвел комнату:

– Ну, мои дорогие, вот наш гость. Хочу представить вам очень ценного для меня делового партнера Дэймона Савакиса.

Когда Калли увидела гостя, сердце словно разбилось на тысячи острейших осколков. Где-то глубоко в горле все у нее задрожало так, что она даже вздохнуть не могла.

Элегантный. Это слово как нельзя лучше подходило для его описания. Он носил смокинг с небрежной грацией, которая свидетельствовала о его полной уверенности в себе.

Но даже идеально сидящий, на заказ сшитый смокинг не мог спрятать фигуру его обладателя. У него была осанка и телосложение прирожденного спортсмена и прирожденного победителя.

Черты его лица были просто потрясающими, чувственными, в них была скрыта такая сила. Вот только нос у него слегка кривоват, как будто он его ломал. Но это только подчеркивало его харизму и неприкрытую мужественность.