Я начинаю жить

Решаюсь, делаю еще шажочек, тяну ладонь к дверной ручке и… дверь бьет меня прямо в лоб, и я со всей дури падаю на пятую точку, сильно ударившись локтем о гранитный пол. Резкая боль пронизывает мою голову – это точно сотрясение и никак иначе. Боже, как же больно. Я хватаюсь за голову, пытаясь прекратить вибрацию. Да и нервные окончания копчика и локтя дают о себе знать.

Кто-то закрывает эту чертову дверь и моментально опускается на колени передо мной. Прикрываю веки, а-то всё скачет перед глазами. Зажмуриваю их, словно ем самый кислый лимон на свете.

Чья-то ладонь дотрагивается до моего лица, вздрагиваю и открываю глаза. Щурясь, смотрю на голубые глаза. Или они серые? Не могу разобрать. Но безусловно очень красивые. Я таких не видела никогда. Тем более так близко. Снова прикрываю веки, рисуя страдальческое лицо.

– Как ты? А ну посмотри на меня, – велит очень приятный, мягкий голос, слегка взволнованный. Я что, ошиблась дверью? Не понимаю. Кто этот человек? Открываю вдруг глаза и вижу своего преподавателя.

На его лице читается растерянность и испуг.

– Ты меня слышишь? С тобой всё нормально? Как себя чувствуешь?

Я ошарашенно гляжу на него, не догоняя. Я что, попала в параллельный мир? Где всё наоборот? Глядя на него, понимаю, что он всерьез встревожен, и не может понять, почему я не реагирую на его вопросы. Всё просто – я в шоке. И в болевом, и в эмоциональном. Двойной шок. Как раз то, что нужно для нормальной жизни.

– Так, иди-ка сюда. – Он приподнимает меня, ставя на ноги.

Одной рукой открывает дверь, другой поддерживает меня. У меня кружится голова, подкашиваются ноги, и он, вероятно, чувствуя это, неожиданно берет меня на руки.

Ощущаю его дыхание на себе. Слышу его: оно у него слишком громкое, наверное, от волнения, причиной чему… я. И мне приятно, что ему не наплевать. Все-таки Лера была права, в нем есть что-то человеческое. От него так приятно пахнет, и этот запах смешивается с головной болью и напрочь отключает мои мозги.

Острая боль в локте немного притупилась.

Но добавилось еще одно ужасное чувство – чувство тошноты. Меня сейчас вырвет.

– Меня сейчас вырвет, – вторю я мысли вслух.

И он молча несет меня к раковине, которая, слава богу, есть в кабинете. Ставит перед ней, прижимая меня к себе, по-моему, чересчур тесно. Аккуратно закидывает мои длинные волосы назад. Этот милый жест с его стороны явно в его пользу. Мне даже как-то неудобно, что я при нем в таком паршивом, непрезентабельном виде.