Я начинаю жить

И это не ускользает от его внимания:

– Что не так?

– Ну… просто, я вас не понимаю, – наконец включив свою голову, начинаю говорить с ним уверенно и непринужденно, но всё же мой взгляд устремлен в пол. Он ничего не говорит, и не вытерпев двухсекундного молчания, подымаю свои глаза и вижу его, говорящие "продолжай, я еще не уловил смысл твоих слов".

– Сейчас вы такой… – не могу подобрать подходящее слово, – такой… нормальный.

Нормальный? В самом деле, Алекс? На свете столько определений, а ты не можешь описать его? Я в тебе разочарована.

– Я хотела сказать, в вас как будто бы живет несколько человек, и не все из них обладают положительными качествами.

– Что ты имеешь в виду? – Он явно понимает меня, но почему-то скрывает.

Хорошо, скажу, как есть.

– Ну, с тем злополучным утром мы разобрались. Но что касается вашего поведения на занятиях, вашего метода обучения, я не понимаю. А сейчас вы вполне адекватный человек, стоите здесь, передо мной, и предлагаете помощь. Это странно, не находите?

– Согласен, – говорит Игорь Константинович и замолкает.

В моих глазах он видит, что этого недостаточно. Конечно, недостаточно. Он что, тупой совсем?

– Ну хорошо. Как ты уже сказала, это мой метод обучения такой. Понимаешь? Чрезмерная строгость, большой спрос со студентов. Только это секрет, так что не выдавай меня, – словно мальчишка, просит меня не рассказывать маме нечто такое, за что та может отругать.

– А грубость и мерзкое поведение идут в комплекте, да?

– Играю свою роль как могу.

– Ой, нет, прикидываетесь вы отлично. Никто и не догадывается, что ваша строгость фальшивая. Вам бы в кино податься. Думаю, из вас получится отличный актер. – Мне стало так легко с ним говорить. Напряжение вдруг куда-то исчезло.

– Обязательно подумаю, – ухмыляется он.

– Я, наверное, пойду, мне уже гораздо лучше. А насчет "строгости" не переживайте, я никому не скажу. Обещаю. Даже своей подруге, – уверяю я его.

– Хорошо, но ты уверена, что в порядке? Как копчик? – Да он насмехается надо мной.

– С ним всё нормально, поболит и пройдет. Миллион раз зимой на лед падала, и ничего, жива еще, как видите. – Встаю, и меня уносит в сторону. Он моментально подхватывает меня.

– Я сама. Всё нормально. Просто слегка голова закружилась. – Глядя прямо ему в глаза, неловко освобождаюсь от его сильных и крепких рук и направляюсь к двери.