Рассказывая сказки

Он мог практически спать стоя, но все равно рассматривать фото жены и детей шкипера, которые ждали его дома, обсуждать сравнительную ценность товаров, приведенных в каталоге «Аргос» с моряком, изумленным изобилием всего на дешевой блестящей бумаге, с благодарностью принимать чашку чая, хотя молоко было сладким, тягучим, из железной банки.

Сегодня ночью он говорил по-русски. Капитан неплохо говорил по-английски, но русский Джеймса был лучше, и он был рад необходимости сосредоточиться.

Это не давало ему думать о блестящей вывеске на бывшем здании лоцманской конторы. О тени в доке. Об оживших утопленниках. Джеймс записался на вечерние курсы Эммы, чтобы выучить пару базовых фраз: десять градусов лево руля, капитан, двадцать градусов право руля. Чтобы при обозначении направлений не было недопонимания и не пришлось звать кого-то переводить. До этого он семестр ходил на испанский – с той же целью. Но потом он увидел Эмму и остался в классе на целый год, занимался усерднее, чем когда-либо в школе, желая произвести впечатление. В награду за это он получил высший балл. А еще – жену и ребенка.

При выводе корабля из Гула ошибок быть не могло. Река Уз в этом месте была узкой и текла между бетонными стенами, как канал. Для такого судна места было мало. Казалось, что контейнеровоз не пройдет, и моряки, ни разу не бывавшие в этом порту, были в ужасе. Куда вы меня ведете? Это невозможно. Должно быть, здесь какая-то ошибка.

Джеймс обожал эту тонкую работу. Это был вызов, испытание его навыков.

Корабль медленно отошел от дока, подсвеченного, как в кадре фильма. Черно-белый. Силуэты кранов и складов казались двухмерными, как будто выстроенными из картона. Река расширилась, задул свежий ветер. Дождь перестал, и видимость вдруг улучшилась, и он мог различить каждый берег, освещенный искрами света от фонарей, фар, окон горожан, страдавших бессонницей, и кормящих матерей.

Мальчик с черными зубами принес ему еще чая и еду – жирное тушеное мясо с бледно-оранжевой морковью и серой картошкой, которое на вкус оказалось лучше, чем на вид. Но он съел бы в любом случае. После обеда в Спрингхеде с тестем и тещей прошло уже много времени, да и отказываться было бы невежливо.

В устье реки ветер снова усилился, стал порывистым, взбивая поверхность реки в мелкую рябь, принося на палубу брызги воды.