Медвежонок Ромми

Аккуратненько смахнув крохотные пылинки с мягких игрушек, среди которых не было других медвежат, а только птички, хомячки, да зайчики, медвежонок Ромми принялся осторожно спускаться с полки на стул. Зацепившись передними лапками за край лакированной дощечки, на которой сидели мягкие игрушки, он пытался дотянуться ножками до поверхности стула, но чуть-чуть не рассчитал своих сил. То ли полка оказалась слишком скользкой от лака, то ли стульчик стоял слишком далеко, как бы там ни было, он свалился на пол, при падении несильно ударившись своей круглой головой об край стула, который на самом деле должен был ему помочь, а не навредить.

– Ох… – вздохнул медвежонок, неуверенно поднимаясь на ноги и почесывая слегка ушибленное место на затылке. – Как это я умудрился свалиться оттуда. – Он посмотрел вверх – туда, где только что висел вниз ногами. – Ого! Как высоко. Так ведь и покалечиться можно.

Мальчишка по имени Джозеф, который все это время стоял у окна и наблюдал за медвежонком, сейчас, прикрывая ладошкой рот, едва сдерживался, чтобы вовсю не рассмеяться.

Вот только незадача, как он не старался удержать смех, тот все равно вскоре вырвался наружу. После того как лицо первоклассника раскраснелось и стало похоже на перезревший на грядке помидор, он расхохотался так, что Ромми просто не мог его не услышать, даже через толстое стекло витрины.

Плюшевый мишка, уже стоя на своих ножках, но не успевший до конца прийти в себя после неожиданного падения, резко повернул голову в направлении окна, со стороны которого донесся до него чей-то хохот.

Ромми никак не ожидал увидеть там мальчика, заливающегося от смеха, и поэтому он сильно испугался, после чего громко закричал: «Аа-а-а!..»

Смех Джозефа тут же исчез, словно растворившись в холодном воздухе, а по телу мальчика пробежала дрожь, когда он увидел напуганную мордочку кричащего медвежонка. Он точно был уверен в том, что в этот самый момент у него на коже под одеждой появились пупырчатые мурашки.

«Аа-а-а!..» – закричал и сам Джозеф, испугавшись еще больше, чем Ромми.

Потом первоклашка резко замолк. И плюшевый мишка тоже последовал его примеру. Примерно секунд десять они смотрели друг на друга выпученными глазенками, после чего снова в унисон громко закричали: «Аа-а-а!..»

Пока Джозеф вопил от испытываемого ужаса, ему в голову пришла одна стоящая идея. «Пора делать ноги!» – кричал ему взбаламученный разум.