Дом с сотней часов

– Вы понимаете условия договора, мистер Грэм? – спросил он, двигая кадыком на цыплячьей шее. – Полагаю, вам его выслали заранее?

Хелена наморщила нос. Какие ещё условия?

– Да, – ответил отец, сдвинув брови, и с какой-то тревогой посмотрел на дочь.

Мистер Уэскотт открыл папку и, вынув плотный листок бумаги, протянул его через широкий стол, на котором стоял вычурный медный телефон с деревянной трубкой. Хелена заметила, что за время разговора отец несколько раз оценивающе поглядывал на аппарат, и сделала вывод, что мистер Уэскотт, должно быть, очень богат: она не знала ни одного человека, способного позволить себе иметь телефон в доме.

Несколько секунд мистер Уэскотт подержал листок в руке, словно сомневался, нужно ли с ним расставаться.

Хелена наклонилась вперёд, чтобы рассмотреть слова. Кремовая бумага была покрыта мелкими буквами с завитками.

…всё имущество…

…передано во владение…

…причинён ущерб…

…если, паче чаяния, хотя бы одни часы остановятся…

Хелена громко втянула воздух ртом.

Мистер Уэсткотт и его сестра уставились на неё, отец же, не обратив на это внимания, взял перо, обмакнул его в чернильницу и подписался внизу документа.

– Очень важно, чтобы все часы в доме всегда шли и содержались в рабочем состоянии, – сказал мистер Уэсткотт.

Хелена взглянула на хозяина, который теперь смотрел на тёмный старый семейный портрет – джентльмен и дама с двумя детьми, стоящие рядом с огромными напольными часами. Мистер Уэскотт шмыгнул носом и провёл под ним пальцем.

– Ни одни часы не должны останавливаться – никогда. Вы осознаёте последствия?

– Папа! – тоненьким голоском произнесла Хелена. Здесь явно чего-то недоговаривают, и её от этого бросило в дрожь.

– Папа, папа! Тише, мыши, кот на крыше! – взвизгнул Орбит.

– Я не понимаю. – Клетка на коленях девочки вдруг потяжелела. – Что будет, если часы встанут?

– Я потом тебе расскажу, Хелена, – строго проговорил отец, передавая подписанный документ через стол мистеру Уэскотту.

– Дорогое дитя, тебе не нужно ни о чём беспокоиться, – заверила Кэтрин. Только теперь Хелена заметила в её шелковистых тёмных волосах белые гребешки с нежно-голубыми перьями.

Отец кашлянул и повернулся к дочери:

– В мои обязанности входит заводить часы и поддерживать механизмы в порядке. Если хотя бы одни часы остановятся… то мы передадим… в качестве возмещения убытков всё своё имущество.

У Хелены встал ком в горле.