Мемуары Муми-папы

Наконец мне повстречалась пожилая ежиха, которая сидела в одиночестве и начищала ореховую скорлупку.

– Доброе утро! – приветствовал я её. – Я – одинокий беглец, рождённый под совершенно особенными звёздами.

– Вот как, – буркнула ежиха без особого интереса. – А я работаю. Делаю плошку для простокваши.

– Чудесно, – сказал я и понял, что проголодался. – А кто же владелец этого прекрасного места?

– Никто! Все! – ответила ежиха, пожимая плечами.

– И я тоже? – спросил я.

– Да пожалуйста, мне-то что.

 – И ежиха продолжила чистить скорлупку.

– А вы точно уверены, что это место не принадлежит кому-нибудь из хемулей? – с беспокойством спросил я.

– Кому? – переспросила ежиха.

Надо же, эта счастливица в жизни не встречала хемулей!

– У хемулей ужасно огромные ноги и отсутствует чувство юмора, – объяснил я. – Нос у них выдающийся, слегка приплющенный, а волосы растут непонятными клочками. Хемули ничего не делают просто ради удовольствия, а делают только то, что нужно, и всё время учат других, что им делать, и…

– О ужас! – воскликнула ежиха и попятилась в папоротники.

Что ж, подумал я, слегка обиженный (мне хотелось гораздо больше рассказать о хемулях). Это место – ничьё, и в то же время – общее, а значит, и моё тоже. Чем же заняться?

И я сразу придумал чем – новые идеи быстро приходят мне в голову. Клац – и готово. Если есть муми-тролль и есть некое Место, то можете не сомневаться, что на этом месте появится Дом. Какая восхитительная мысль: дом, который я построю сам! Дом, который будет принадлежать только мне! Неподалёку я нашёл ручей и зелёную полянку, показавшиеся мне очень подходящими для муми-тролля.

А в излучине ручья был даже маленький песчаный пляжик.

Я взял палочку и принялся рисовать на песке мой дом. Я не сомневался ни секунды – я точно знал, как должен выглядеть дом муми-тролля. Я сделал его высоким и узким, со множеством балкончиков, лестниц и башенок. На верхнем этаже я устроил три маленькие комнаты и чулан для всякой, знаете, всячины, а нижний этаж заняла большая, нарядная гостиная.

Снаружи – остеклённая веранда: тут я буду сидеть в кресле-качалке, смотреть, как бежит ручей, а рядом поставлю поднос с большим стаканом сока и длиннющей вереницей бутербродов. Перила веранды я украсил искусной резьбой с сосновыми шишками. Остроконечную крышу дома венчала изящная луковка, которую я позже обязательно позолочу.