Расставание отменяется

А потом пришла леди и унесла ребеночка в другую комнату, а отец объяснил, что Джетт никаким боком не сможет вписаться в его новую семью. Никогда.

* * *

Джетт пошевелился, провел ладонью по отросшей щетине, но открывать глаза не спешил. Рождество так и тянуло за собой сумрачный рой неприятных воспоминаний.

Все же сестра, тот несмышленый ребенок, который вытеснил его из законного семейного гнезда, оказалась светлым созданием, вопреки его опасениям. Он до сих пор изумлялся, что после смерти отца она, узнав о существовании старшего брата, побеспокоилась разыскать его.

Единственная наследница всего отцовского состояния, она хотела быть на дружеской ноге с братом, только и всего.

– Эй, ты! – Женский голос грубо и уверенно вторгся в его ауру. И вдогонку нетерпеливый перестук ее коготков по балконным перилам.

Его рот покривился, однако веки остались прикрытыми.

– Привет. Передохни пока. Не выспался за ночь.

– Я не покушаюсь на твой сон.

Он учуял ее свежий абрикосово-огуречный запах и приподнял одно веко. Она только что из душа. Славные рыжие волосы свисают мокрыми прядями на элегантно открытые плечи. Короткая туника с геометрическим черно-белым орнаментом облегает амфорные формы. Те самые, с которыми он познакомился не далее как двенадцать часов назад. Мог познакомиться и ближе с той Оливией, если бы звонок Брианны не срезал его планы на вечер.

* * *

Он перехватил взгляд Оливии из-под золотисто-каштановых ресниц.

Она зарделась, как сочная розовая дыня, поняв, что он восхищен ее физическими достоинствами.

– Можно надеяться? – осведомился он, глядя на ее профиль. И расплылся в улыбке, заметив, как напряглись ее плечи. – Расписание моего сна – приятная тема для начала беседы. Не желаете ли присесть? Мы можем подискутировать.

И она, надо же, покорно опустилась в кресло напротив.

– Я хотела сказать, это все из-за вашей типичной для мужчин безответственности.

– Не отрицаю, я мужчина, – веско напомнил он. – Полагаю, вы заметили даже в потемках. И заверяю, вел себя как типичный самец в компании самки, поощрявшей подобное поведение.

Она сердито подхватилась, налила себе воды.

– Вы что, не понимаете, о чем я толкую?

– Так просветите невежду.

– Вчера вечером…

– Вчера вечером… – Он лукаво призадумался, видения, весьма живописные, словно повисли между ними в душном воздухе.