Меня зовут Астрид!

– Вообще-то меня зовут Астрид, – напомнила я.

– Ах да, я забыл. Но посмотри: у тебя на полу сугробы из бумажек! Не забудь убрать до обеда.

Ну, несколько бумажек и впрямь упали на ковёр, но уж точно не сугробы. В сугробах-то так весело прыгать!

– Это не только я вырезала, и Бланка тоже, – запротестовала я.

Стоит только сказать «Бланка» – и она уже тут как тут, даже если была далеко. Словно у неё не уши, а радары.

– Я за собой всё убрала, – крикнула она елейным голоском ещё с первого этажа.

– Старушка, придётся и тебе за собой убрать, – сказал мне папа.

 – А потом спускайся в кухню, у нас сегодня рыбные палочки.

Я вздохнула, но принялась за уборку. Вечно мне выпадает уборки больше, чем Бланке, ведь я не такая чистюля. Между прочим, я нашла бумажки, оставшиеся от картинки с леопардом, а они уж точно Бланкины. А мне теперь за ней убирай! Несправедливо. Вообще-то ко мне часто бывают несправедливы просто потому, что я младшая. У Бланки, например, есть собственный мобильник. Данте может делать всё, что и взрослые, ведь ему уже стукнуло восемнадцать.

А Юлле позволено целыми днями стучать на барабанах.

Только я вспомнила про Юлле, как он влетел в комнату, размахивая руками.

– Выруби эту гадость, от неё уши вянут! – заорал он и подскочил к динамику, чтобы выключить его.

– Это моя комната и моя музыка, что хочу, то и слушаю! – закричала я.

– Всё равно мы сейчас идём ужинать, – буркнул он и вышел, даже не подумав снова включить проигрыватель.

Ну я и разозлилась! Типичный Юлле! Самый большой зануда в нашей семье, так все считают.

Юлле на семь лет меня старше, но по нему никогда не скажешь, в каком он настроении – то вроде добрый, а то как налетит коршуном, если я слушаю музыку, которая ему не по нраву, вот как сейчас. Сам-то он считает, что слушать можно только рэп Кендрика Ламара.

Юлле и на Бланку набрасывается, особенно если мы с ней заходим к нему в комнату, когда у него в гостях какая-нибудь девчонка. Пока он играет на компьютере, его ещё можно терпеть.

А в остальное время лучше держаться от него подальше. Мама говорит, что у него сейчас мозги перепрограммируются, потому что он в пубертатном возрасте. Он даже разговаривать нормально не может, только стонет или ворчит.

– А я теперь включу Лале?[4 - Лале Пуркаим (Laleh) – шведская певица и композитор иранского происхождения.], – крикнула я Юлле вдогонку, но он не услышал.

Вот так всегда. Никто меня не слушает. Если вас в семье шестеро, то и словечка не вставишь.