Меня нет

Но стоило его джипу скрыться за поворотом, Катя подала голос:

– И почему он так тебя обожает? – вздохнула она со всей вселенской тоской, – со всеми такой грубый, злой. А ты для него как цветочек какой-то.

– Сейчас вы можете наблюдать приступ ревности у Паво Катикус, – вкрадчиво прошептал Петя, – в простонародье, Павлин Катюша. «Вот бы Ковалев на вечеринку пригласил», «Славик такой красавчик», – он театрально закатил глаза, схватившись за грудь, пока не получил оплеуху от сестры.

– Замолкни, никому он не нравится! Это странно, вот и все! – она глянула на меня, – Соф, прости, я не хотела так это обсуждать.

– Да брось, мне наоборот интересно. Я раньше что-то о нем рассказывала?

Вика задумчиво пожала плечами:

– Да ты всегда как-то избегала разговоров о нем. Ругалась, что мы его обсуждаем.

Мог ли мне нравиться красавчик с огромным самомнением и надуманной важностью? За день он попадался мне четвертый раз, а так и не сказал ничего хоть чуточку вразумительного. Но тогда почему меня так тянет эта его идиотская загадочность? От тяги разгадать его тайну чесались ладони, пока разум молил в это не лезть.

Может, именно этого я хотела до аварии? Желала изучить мальчишку, как подопытного кролика, а в итоге привлекла его внимание больше необходимого. Какой же бред…

***

– Говорят, если найдешь опавшую со стебля лилию, то можно загадать желание. И оно обязательно сбудется.

– На таком огромном поле наверняка сотни опавших лилий.

– Давай проверим?

***

19 апреля

Я вскочила с кровати и, как ужаленная, начала собираться.

За окном едва выползал красноватый диск солнца, где-то вдалеке чирикали утренние птицы, а я натягивала джинсы и все прокручивала разговор из сна. Ловила тонкую нить ощущений, пыталась вспомнить хоть одну деталь этого проклятого поля цветов. Что-то ужасно важное теплилось в груди, но зацепиться за него не выходило, хоть убей.

Тихо выбравшись из дома, я запрыгнула в машину. Не имея не малейшего представления, куда собираюсь ехать, я надавила на педаль газа.

Буду искать, пока не кончатся силы или бензин. Объеду каждый уголок треклятого городка, всю округу. И если не найду и намека на это место, то рвану, куда глаза глядят.

Пока солнце поднималось все выше, я неслась по пустой дороге, преисполненная почти геройской для моего положения решимостью. Ни намека на поле, сад или хотя бы один жалкий цветочек. Только дома, дома и деревья. Никаких даже отдаленно родных мест, – все холодное и пустое.