Месть тигра

 – И в Африке, и в Австралии – ты вечно крутился рядом, искал Наследников…

– Я искал их для Бэка и Анонима, – прорычал Нолан. – Ты злишься, потому что в кои-то веки я занимался чем-то важным, пока ты…

Он осёкся, словно не решался договорить, и ноги Саймона вросли в землю.

– «Пока я» что? – спросил он. – Что, Нолан?

– Путался под ногами, – ядовито выплюнул брат. – Не слушал меня. Вёл себя так, будто ты самый умный, будто мы враги…

– Ты был заодно с Вадимом и остальными Хранителями!

– Видишь?! – взорвался Нолан, и оставшиеся Наследники обернулись, оглядывая их огромными птичьими глазами.

 – Вот об этом и речь! Плевать, что я помог тебе сначала в Австралии, потом в Африке, а потом спас твою шкуру в лесах Амазонки! Ты не стал ничего выяснять, просто вбил себе в голову, что я тут главный злодей, хотя это из-за тебя Лео…

Саймон сам не понял, как они с Ноланом оказались на земле. И хотя он не помнил ни последние секунды, ни кто ударил первым, тошнота в горле подсказывала, что это был он.

Они с Ноланом и раньше препирались, и часто – на самом деле почти что всегда. Но в этот раз всё было по-другому. В этот раз они не могли просто закрыть на это глаза, и когда Кай всё-таки оттащил его от брата, Саймон задыхался, сгорая от разочарования и ненависти к себе. Потому что Нолан говорил правду. Это Саймон был виноват, и это ему теперь жить с этим.

Суюки помогла Нолану подняться. И он стёр грязь с заживающих следов когтей на щеке, глядя на Саймона пылающими голубыми глазами.

– Иди домой, Саймон, – выплюнул он. – Тебе всё равно здесь не нравится, и ты нам не нужен. Мы прекрасно справлялись и без тебя. Я прекрасно справлялся.

Саймон не удивился – Нолан уже не раз говорил ему это, пусть и другими словами, но легче не становилось.

– Я здесь не ради тебя, – сказал он тихо и чётко.

– Тогда зачем? – спросил Нолан. – Доказать, что ты самый умный? Показать силу Наследника?

У Саймона не было ответа – лишь холодная, непреклонная ярость.

Он пришёл, потому что иначе оставалось лишь сидеть сложа руки. Пусть он был напуган, пусть безумно устал, но он не собирался сдаваться, причём с того самого дня, когда Шарлотта Рот пришла к нему с просьбой найти пропавшую сестру.

Но он не знал, как выразить это словами, и сил всё равно не было. Поэтому, виновато покосившись на Кая, он обернулся хохлатой майной и полетел вслед за очередной стаей, бросив брата у подножия горы.