Меч Пересвета

Так дуб или клен, Серега? Сам не знаешь, ясно… А аист где? Ах, в Африку улетел… А, гнездо… Да, вижу клен с гнездом без аиста… Колодец, да… Направо… Деда на раскладушке вижу… А вот рядом с дедом… Атаманов, приве-е-ет!!!

Юлька раскинула в стороны руки, спрыгнула с тропинки и помчалась прямо к Атаманову и Батону, которые, опершись на лопаты, скалили зубы из картофельных грядок в двух шагах. Чуть поодаль выстроились в ряд ведра с уже выкопанной картошкой и стояла полинявшая раскладушка, на которой в позе раненого полководца возлежал Пантелеич, укрытый рыжим солдатским одеялом.

– Ето хто приехал? Девицы ваши? – оживился Батонов дедуля, выставляя из-под одеяла бороду и ноги в валенках. – От ето милое дело! Самое время, коровки вы мои! Ох, да ты ж, моя милая, кака краса-а-авица…

– Да что вы, дедушка… – пролепетала растерявшаяся Натэла, к которой относился комплимент. – Здравствуйте…

– Дед, отстань от Натэлки! – рявкнул выскочивший из картошки Батон и тяжело затопал к испуганным девчонкам. – Девчонки, вы его не бойтесь, он у меня дикий малость, но симпатишный…

– Ты, шпингалет, помалкавай! Я в твои годы уж женился! – воинственно взъерошил бороду Пантелеич, вставший на ноги.

– Дурное дело не хитрое, – парировал Батон, аккуратно тесня деда назад к раскладушке. – Ты иди, иди, укладывайся, у тебя ж прострел. Забыл, что ли? Так вспоминай… А то бери лопату, вставай тоже…

– А ты и рад деда родного угробить! – упирался Пантелеич. – Да обожди ты, боров, дай хоть поздоровкаться с девчонками-то… Которая тут твоя?

– Дед! – заорал Батон.

Наконец из грядок выбрался и сердитый Атаманов в грязных до самых карманов джинсах и сползшей с плеча тельняшке. Протопав к раскладушке, он ткнул вместо приветствия кулаком в живот Полундру, кивнул Белке и, встав рядом с Натэлой, угрожающе сказал:

– Вот эта – моя. Вопросы есть?

– Сергей! – возмутилась Натэла. – Что за новости?!

Пантелеич одобрительно крякнул и повернулся к насупившемуся внуку:

– Видал, пельмень, как надобно? Завсегда у тебя из-под носа самое приличное уводют…

– Девчонки, идите переодевайтесь, – поспешно сказал Батон.

– Слушай, а твой дед, правда, в тринадцать лет женился? – шепотом спросила Белка, косясь на вновь возлегшего на раскладушку Пантелеича.

– Да врет он! В шестнадцать. И то потому, что бабка боялась в девках засидеться… Давайте поживей там, а то правда дождь пойдет.