Бунтарь

Когда голуби исчезли в небе, роботы запустили множество белых гелиевых шаров, на которых были написаны имена ребят. Все взялись за руки и крикнули:

– В светлое будущее!

Эту фразу однажды выкрикнул выпускник несколько лет назад, так же стоя на балконе и встречая рассвет. После этого на протяжении нескольких десятков лет никто не нарушает традицию. Когда солнце уверенно засияло на небе, выпускники стали расходиться по комнатам, чтобы привести себя в порядок и немного поспать. После обеда прилетят аэробусы и развезут всех по домам.

Выпускной окончен.

Слуцкому теперь не хочет спать. Он остался один на балконе. Присев на покрывало, он задумался о том, что теперь его ждет впереди:

«Два месяца отдохну от школы, потом получу полноправие, месяц можно будет поездить с ребятами по районам. А там и Академия начнется! Нужно искать свою спутницу и строить семью. А еще эта работа – архитектор. Нет, ну почему меня определили в архитекторы?»

Он крайне недоволен, что в распределяющем классе, где выявляют способности школьников, дают кучу тестов и определяют навыки, комиссия решила, что из него выйдет отличный архитектор.

Представив, как он станет примерным семьянином, великим архитектором, Слуцкий скривился.

«Это как программа какая-то: школа, профессия, семья, а потом старость. Я так не хочу, не хочу!»

Но по-другому жить не получится, ведь это норма, которую нарушить невозможно. Вся жизнь человека в Республике словно расписана. Все предрешено.

Лучи солнца стали превращаться из нежных лепестков в раскаленные иглы.

А желание свободы, которое и так с каждым днем становилось все сильнее, превратилось в навязчивую мысль. Слуцкий слишком погрузился в думы. Когда лучи солнца стали не на шутку обжигающими, такими что больше невозможно было сидеть на открытом балконе, он пришел в себя. Ему показалось, что он вынырнул из глубокой реки и от безысходности выполз на единственно возможный берег.

«Нет. Свободы мне не видать, это же невозможно, что я могу изменить? Как я могу уничтожить эту огромную машину, которая управляет нами?», – признался он себе.

Встав с покрывала, Слуцкий лениво вытянулся, так что его спина распрямилась. Громко зевнув, он повернулся к коридору, чтобы выйти через него в зал, а с зала подняться в комнату, как увидел любопытные глаза робота, которые так и сверкали за стеклом. Как только Слуцкий свел брови и заторопился к роботу, тот сразу же отвел от парня взгляд и замер.