Мила-Радмила

Радмила прямо-таки рвётся на прогулку, одну её отпустить не могу, а у меня столько забот по дому… Это просто замечательно, Ивэн Карлович! – Виола от радости даже хлопнула в ладоши. – Вы настоящий друг! Присаживайтесь на стульчики. Здесь, на журнальном столике, можете посмотреть журналы, газеты.

– Спасибо, почитаю. – Ивэн Карлович присел.

– Полина! Приведи сюда Радмилу, одетую для прогулки. Скажи, что она пойдёт с учителем к озеру, – закричала она. – Уважаемый учитель, мне надо срочно отлучиться по домашним делам.

Я не буду дожидаться Радмилу. Вы ей передайте, что я разрешила выйти с вами. Думаю, она очень обрадуется.

– Хорошо, Виола, будьте спокойны! Я подожду её здесь.

И вот уже Радмила почти бегом спускается по лестнице, Полина едва поспевает за ней.

– Доброе утро, Радмила! – Учитель встал, отложив газету.

– Здравствуйте! Я сначала не поверила, что меня отпустили гулять, ведь вчера я была наказана за то, что ушла к озеру, никого не предупредив.

Но там так интересно! Чудесные пти-ички пели песенку. Я и не знала, что они разговаривают на человеческом языке, – затараторила девочка.

– Радмила, мы сейчас как раз пойдём с тобой к озеру. И по дороге поговорим обо всём.

Они вышли на улицу. Из-за кустов, росших около дома, выглянуло недовольное мальчишеское лицо. Это был Эд, теперь уже младший садовник.

– Куда это пигалица собралась с дядькой? Гулять, небось… Строит из себя великосветскую даму. А мне тут сиди вкалывай.

Ладно, хоть накормят да заплатят. Интересно, на какое время можно будет уйти с рабочего места или вообще нельзя? Эх, уже начал жалеть, что устроился! У хозяйки было такое лицо, что боязно было отказаться, – бормотал он, провожая взглядом учителя с девочкой, и спрятался обратно за кусты. Их надо было обрезать.

– А теперь расскажи, Радмила, ты слышала и понимала, что говорят озерины? – с удивлением поинтересовался Ивэн Карлович.

– Да, они пели песенку и называли меня по имени.

А разве вы не зна-али, что они разговаривают?

– Птицы волшебные, теперь я в этом убедился. Но, видишь ли, раньше их никто не слышал, кроме меня. Наверное, детям открываются какие-то вещи, потому что они ещё невинные и добрые существа. Тогда почему их слышал я?

Радмила задумалась. На мгновение воцарилась тишина.

– Ой, я, кажется, зна-а-аю, в чём секрет! Вы же школьный учитель?

– Да.

– Значит, занимаетесь мно-ого с детьми.