Одаренные заживо

Мысль пришла внезапно. Писать Лене, да еще так поздно – в этом был определенный риск. Просто Владу хотелось, чтобы Лена написала: «Я тебя люблю». Глупое желание, учитывая то, что они уже не пара. Больше никто в голову не приходил.

С момента их разговора в холле школы они редко виделись. Лена расстроилась, узнав, что летом в городе его не будет.

– Совсем? – прошелестела она непривычно тихим голосом.

– Совсем, – ответил Влад. Если бы она устроила истерику – они бы расстались прямо тогда, без права на пересмотр дела, но Лена промолчала.

Влад все-таки рассчитывал остаться друзьями или хотя бы не врагами.

Написанная смска не ушла, зависла в статусе ожидания. Влад потыкал пальцами в экран, но ничего не изменилось. Телефон походил на мертвеца, которому забыли закрыть глаза – бездыханный, но как будто все еще смотрящий на тебя.

– Ну, не судьба. Зато искать не будет, – тихо прошептал себе под нос Влад.

Автобус тем временем проснулся полностью. Влад удивился, что не услышал голосов звонящих.

Девочки всегда более домашние. Привязанные к маме, к дому. Всегда предпочитают смске прямой звонок.

– Да. Нормал. Пока, – услышал он единственного говорящего совсем рядом, за соседней спинкой кресла.

Так сухо, по-казенному. Владу это было слишком хорошо знакомо. Именно так он и общался с родителями. Да и в автобусе все как-то быстро стихло. Никто больше не звонил. Влада это почему-то порадовало, но ненадолго. Неприятная такая, паршивенькая радость. Больше похожая на злорадство.

Наконец, автобус тронулся. В салоне выключили свет, и тьма за окнами немного рассеялась. Миновали ворота и деревянную будку охраны. Влад надеялся увидеть там кого-то, но будка была пуста. Позади нее показалось здание. При повороте фонари мазнули по серой, давно не крашенной стене. Окна без света, первый этаж – в решетках.

Влад выпрямился на сиденье. Тревога накатила с новой силой. Он внимательней вглядывался в темноту, цепляя самые незначительные, казалось бы, детали.

Покосившийся, в струпьях краски, забор. Заросший палисадник, неухоженные клумбы. Ни одного фонаря. Вопросы толпились в голове, создавая хаос. Зачем тогда куратор выходил наружу у ворот? Почему все выглядит таким заброшенным? Такое ощущение, что здесь, кроме них, никого нет. Что за практика ждет их впереди? Влад вспомнил слова Карины и ужаснулся. Занятый мыслями о Лене и о лете, он ничего не выяснил об этом месте. Как безответственно. Неосмотрительно.