Мир в голове

Но Конфуций был одноцветным котом, значит, и море ему ничего хорошего не сулило. Вот если бы Конфуций оказался собакой, его бы приняли как родного.

Существовала и еще одна причина, по которой Конфуций довольно редко появлялся в японском квартале. Здешние кошки говорили со странным акцентом: вместо привычного «мяу-мяу» то там, то здесь слышалось «нян-нян». Кто и когда испортил им произношение – неизвестно. Но согласитесь: не очень-то приятно общаться с теми, кто безобразно коверкает слова.

Было время, когда кошек и котов жители квартала вообще держали на коротких поводках.

Но невероятно расплодившиеся мыши стали причиной специального Указа, вывешенного в середине восьмой луны на самом оживленном перекрестке. Указ гласил: «Предписывается спустить всех котов и кошек с поводков. Коты и кошки подлежат полному освобождению и им дозволено гулять там, где им того пожелается. Кроме того, предписывается торговлю кошками упразднить. Все, кто нарушит данное распоряжение, подлежат суровому наказанию».

Содержателям кошек предлагалось также снабдить каждую из них именной биркой.

С тех самых пор японские кошки свободно гуляют сами по себе на юридически законных основаниях.

Наши путешественники пошли вдоль улицы и очень скоро, у самой обочины, увидели огромное дерево, обвязанное веревкой из рисовой соломы. Это была древняя сосна с изогнутым стволом и прекрасно кривыми ветками. У его корней стояли деревянная бочка с чистой родниковой водой, куль риса и ваза с фруктами. Жители улицы верили, что в деревьях, камнях и ручьях скрываются божества, которых необходимо время от времени подкармливать, чтобы они не рассердились.

– Я точно знаю, что голодные духи чрезвычайно опасны, – Малинка произнесла это шепотом, думая, что духи её могут услышать и наброситься с голодухи. – Конечно, духов можно понять: попробуйте не поесть несколько дней.

Вопрос был сугубо риторический, но для Тима эта тема оказалась совершенно конкретной:

– Я прошлым летом на спор почти два дня ничего не ел. Только жвачку.

И ничего. Причем тут питание? – возразил Тим.

– А притом. Духи так уж устроены. Им нужно жертвоприношение, – продолжала Малинка. – Кусочек сладкого пирога, яблоко, даже старая кукла.

– А я думал им живых людей подавай…

– Возможно, я вас огорчу, – сказал Бэнси, – но не все японские духи так миролюбивы, – от этих слов у Малинки пробежал холодок по спине. – Есть водяные, есть длинноносые оборотни. Они всегда готовы придумать для нас что-нибудь неприятное.