Мир детектива Поля

Но правда это или вымысел – никому из участников той истории так и не удалось проверить.

Глава II. Потусторонний гость

Изобретатель Радара

Дверь сарая в саду Поля перекрашивали несколько раз. От времени верхний слой нежно-голубой краски потрескался. Теперь жёлтые борозды и вытертые пятна изумрудного цвета сообщали о том, что помимо нежно-голубой, дверь когда-то была ещё жёлтой и зелёной.

Кузя собирался войти внутрь сарая, но вместо этого вот уже несколько минут с интересом разглядывал старую дверь.

В истерзанной временем древесине, обшарпанных стенах, причудливом мхе на камнях – во всём, что вопреки воле человека прибирала к рукам природа, Кузя находил особенную красоту. Он мог часами разгуливать по заброшенным строениям в поисках вдохновляющих текстур, изучать рисунок позеленевших от влаги стен и таскать в дом коряги из леса, намереваясь превратить их в шедевр. Поэтому не было ничего удивительного в том, что старая дверь сарая привлекла Кузю. Если бы он мог снять её с петель и отнести домой, он бы без промедления сделал это. «А что, если Поль не будет против?» – подумал про себя Кузя и с уверенностью дёрнул за ручку двери.

Внутри сарая за широким столом сидел Поль и увлечённо возился с какими-то белыми трубами. Поэтому Кузе пришлось подавить нестерпимое желание немедля приступить к обсуждению судьбы старой двери.

– Эй, Поль, чем занимаешься? – из вежливости поинтересовался он.

– Привет, – улыбнулся Поль. – Папа придумал новую игру, вот я и помогаю её собрать.

На тот момент Кузя был знаком с папой Поля лишь поверхностно. Но даже скромных минут знакомства было достаточно для того, чтобы прочувствовать всю загадочность личности отца друга. Именно прочувствовать, потому что отец Поля был скрытным человеком – никто, кроме жены и сына, не был знаком с подробной историей его жизни. Поэтому соседям и друзьям приходилось довольствоваться скудными данными. Например, о том, что звали отца Поля Олафом, и он был норвежским инженером; что, встретив будущую маму Поля, он до беспамятства влюбился в неё и увёз в Норвегию; что три года они прожили на земле викингов, но через год после того, как у них родился Поль, вернулись в Россию.

Их внезапное возвращение никто никогда не обсуждал, а Поль был слишком мал, чтобы запомнить жизнь в Норвегии, поэтому эта страница казалась ненастоящей и намерено вырванной из памяти.

Надо признать, что Олаф был необычным для России отцом – он всегда заботился о Поле наравне с женой.