Мир из прорех. Другой город

Ее щеки разрумянились от бега, а тело стало более гибким и крепким с тех пор, как, благодаря Кае и Артему, она вместе с сестрой выбралась из города Тени и явилась в Агано. Тогда на ней был грязный балахон из тех, что носили фанатики, от которых они еле унесли ноги. Теперь же она была одета в светло-голубую тканую тунику, джинсовые штаны, перешитые из одежды старого мира кем-то из местных мастериц, и кожаные сапоги до колена. Туника была измазана глиной – видимо, до приезда Гана она лепила горшки с сестрой.

Он поймал на себя на том, что слишком пристально рассматривает ее, и почувствовал досаду.

Кажется, она с трудом подавила желание броситься прямо к нему – резко затормозила сапожками в шаге от лошадей, не сводя с него сияющих глаз.

– Ган, – повторила она, на этот раз чуть тише, – ты вернулся! Там…

– Как видишь, моя леди, – отозвался он в шутливой манере, установившейся в последнее время между ними. – Но что это случилось с жителями нашего славного княжества? Почему не выходят встречать своего князя и бравых добытчиков?

– Ган, скорее, – возбужденно затараторила она, нервно переступая на месте, – там, у восточной вышки, все смотрят… Ган, там что-то в небе!

– В небе? – настороженно переспросил он и придвинулся ближе к ней.

Его группа была слишком занята оленями, а значит, еще какое-то время можно скрывать от них происходящее, что бы это ни было. – Что значит «в небе»? Ты имеешь в виду гарпий или…

– Ох, нет! – Кажется, она и вправду была сильно взбудоражена, если перебивала его, сама того не замечая.

 – Это… вообще ни на что не похоже, идем, сам увидишь…

– Ну что ж… Добрые люди, прошу, разгружайте коней, отдыхайте с дороги, – торопливо бросил он назад, – дела не ждут! – И добавил уже тише: – Пойдем.

Саше приходилось подстраиваться под его широкий шаг, но, кажется, ее это не смущало. Пыхтя, она почти бежала рядом с ним, продолжая возбужденно тараторить на ходу. В этом они с Тошей были похожи – кажется, не было ничего, что Ган мог бы сделать, чтобы заставить их в себе разочароваться.

И, наверное, это должно было его радовать, но Ган чувствовал только скуку.

Похоже, почти все жители Агано столпились у восточной вышки. Неподалеку лежало на земле белье, развешанное кем-то сушиться, – любопытные снесли его и втоптали в грязь. Взрослые возбужденно переговаривались, дети галдели, путаясь у взрослых под ногами.