Мир сказок, или Змеиные руки

 – Кого там нелегкая еще принесла?

Муромец вышел на свет, улыбнувшись:

– Это я, Илья.

– О, наконец-то пожаловал. Тебя-то я и ждала. Заходи тогда, гостем будешь. Дело есть у меня к тебе.

Илья вошел в избу. Там стояли старые-пристарые стулья, стол, сундук. Старуха встретила его, согнувшись, и сухая как метелка. Глаза её черной дырой скрывались под седыми, когда-то черными нависшими бровями. Длинный горбатый нос крючком свешивался до подбородка, закрывая почти поллица, а изо рта торчали два оставшихся желтых клыка с коричневым налётом.

И там, где когда-то были зубы, остались у неё одни губы. Ее седые космы неряшливо выбивались из-под линялого платка. Она скривила рот и прохрипела сипло:

– Давай-ка чайку тебе особого заварю с дороги, а то, поди, устал. Да и коня твоего напою, чтоб не помер от страха.

Муромец уселся на низкую лавку возле кипящего котла отогреть свои промерзшие косточки. В котле варилось и бурлило странное месиво. А кот Баюн, изогнувшись дугой, походил вокруг Ильи и прыгнул к нему на колени, приняв его этим в своем доме.

– Я, Илья, тебя и ждала. Ты-то как раз мне и нужен.

– Да я вот заблудился и ненароком к тебе явился.

– Да ничего ты не заблудился, я тебя сюда привела, ха-ха-ха.

– Как это ты? Я сам пришел.

– Да это я тебя сюда завела, путая тропки. А ты, богатырь, почувствовал мою волшебную силушку, – она мотнула головой и единственная седая прядь упала ей на лоб. Она снова тряхнула и прядь как змейка уползла сама за спину. Платок сбился набок, но бабка не обращала на него внимание.

Вот платок скоро закроет ей один глаз, а ей все равно.

– Ну тогда рассказывай, бабуля, чего тебе от меня понадобилось?

Баба Яга взяла зеркало в серебряной оправе и протянула богатырю. Он только глянул и не мог оторваться: на него смотрели милые ясные глаза красавицы. Она грустно посмотрела на него и слёзы покатились по щекам.

– Кто это? – спросил богатырь.

– А это моя внучка Василиса, – ответила баба Яга. – Я же тоже была тыщу лет назад в молодости красавицей.

– Ты-то что ли? Ой, насмешила!

– Ты чего ухмыляешься, не веришь что ли? – и показала ему свой запыленный фотоальбом.

Хмыкнул Илья:

– Да неужели ж и ты красавицей была? – и принялся перелистывать фотографии.

С каждой страницей все больше и больше от удивления менялось выражение его лица, искаженное даже неким восторгом. Он воскликнул, присвистывая:

– Да ты и впрямь красотка была, хоть пей воду с лица.