Венеция

– И компания надежная. Я проверила в сети. Но если ты все еще не доверяешь им, пошли хотя бы свою «Теорему о приемленности».

Прошел бессонный день в раздумьях. Мишель не мог нормально сосредоточиться на работе и на сне. Даже еда в рот не лезла. Наконец, под тяжестью обстоятельств и соблазна, Мишель заполнил анкету участника и выслал фрагмент своей работы.

– Слушай, Венеция, – сказал Мишель, наклоняясь совсем близко к монитору, – даю тебе доступ. Проверь все железо. Мне кажется, кто-то лазает в моем компьютере.

Он подтормаживает и есть малозаметные скачки в скорости сети. Но они постоянные. Может это Идогами?

– Хорошо… Проверила. Подключения из Японии не обнаружила. Активных червей из вне не нашла.

– Ладно, – устало потер глаза Мишель, – значит, все мой допотопный компьютер подтормаживает.

И отправился в постель. Его разбудила Венеция. Спросонья Мишель не сразу понял, что случилось. На электронную почту пришло письмо. Представитель корпорации Идогами прислал ссылку в приватную комнату для собеседования.

Так и получилось, что спустя два дня после этого события Мишель вылетел в Японию. Корпорация оплатила перелет, предоставила новое жилье и зарплату.

Данные 5

Теперь в распоряжении Мишеля целая лаборатория. Она находится на десятом этаже в здании, именуемом Цитадель. Двери лифта закрываются. Полукруглый изгиб коридора исчезает за поворотом. В него выходят только двери и толстые стеклянные стены лабораторий, занавешенными голубыми шторами.

У самых лифтов имеются панорамные окна. От взгляда вниз замирает дух. Величие Цитадели не передать словами. Мишелю страшно. Он с радостью согласен трудиться в чахлой комнате в каком-нибудь подвале, лишь бы находиться поближе к земле. Сопровождающий зовет и Мишель, с трясущимися коленями, следует за ним.

Рабочий стол у Мишеля длиннющий. Мониторы просто огроменные. Не сравнить с маленьким окошком, за которым работал Мишель прежде. Да и весь зал лаборатории оснащен самой лучшей аппаратурой.

Мишель выкладывает свои вещи из потертой спортивной сумки. Флешка, личный жесткий диск и папка с черновиками смотрятся одиноко в пустом ящике стола. В бардаке его прежней комнате они казались весомее. А здесь – песчинка. На свободном месте на стене Мишель повесил помятую картинку с видом Венеции. Нечто вроде окна, куда он сможет убегать мысленно.

Новый коллега мистер Гарнер разглядывает Мишеля и его скудный багаж с любопытством и недоверием.