Черный лед

– Мерси, месье, – ответила она, пытаясь сосредоточить все свое внимание на приятном пожилом джентльмене и проигнорировать мужчину, стоявшего у нее за правым плечом. – Обещаю, что буду стараться изо всех сил.

– У вас все получится, – отозвался Хаким с легкой режущей ноткой в голосе. Рикетти вспыхнул и замолчал. – На сегодня мы работу закончили, и я думаю, что вы хотите осмотреться. Напитки в семь, ужин в девять, и я надеюсь, что вы составите нам компанию. Мы стараемся не обсуждать дела поздно вечером, но случаются исключения и ваша помощь может оказаться нам полезна.

– Чем именно она может оказаться полезна? – На этот раз Бастьен перешел на немецкий. – Возможно, мне захочется слегка расслабиться.

– Думайте мозгами, а не тем, что в штанах! – осадила его мадам Ламбер. – Нам ни к чему проблемы из-за вашего распутства. Мужчины вечно выбалтывают не то, что нужно, когда пристраиваются между женских ног.

Хлоя моргнула, пытаясь не реагировать, когда Бастьен появился в ее поле зрения.

Его усмешка была медлительной, загадочной и до невозможности сексуальной.

– Моя жена говорит, что я трахаюсь в полном молчании, – произнес он.

– Давайте этого не проверять, – сказал Хаким. – Когда мы закончим, можете отправляться за ней в Париж и там морочить ей голову. А здесь у нас и без того много дел. – Он вновь перешел на английский. – Прошу прощения за этот небольшой разговор, мадемуазель. Как вы могли догадаться, лишь половина из нас владеет одним и тем же языком, и это создает большие затруднения.

С этого момента мы не говорим ни на каких языках, кроме французского и английского. Это ясно?

Бастьен поглядывал на нее, приопустив веки.

– Как божий день, – ответил он по-английски. – Я всегда могу подождать.

– Подождать чего, месье? – невинно спросила Хлоя.

Ошибка. Он взглянул на нее в упор, и эффект был убийственным. В глазах его стояла тьма, и она поневоле задумалась, отражает ли что-нибудь вообще их непрозрачная поверхность. Она надеялась, что ей не придется это проверять.

Надеялась, что еще не окончательно рассталась со здравым смыслом. Этот мужчина был несомненно великолепен. Столь же несомненно он не принадлежал к ее весовой категории.

– Подождать позднего ужина, мадемуазель, – невозмутимо ответил он. Прежде чем она догадалась, что он намеревается сделать, он взял ее руку и поднес к своим губам. Ей и раньше целовали руку – этот обычай нет-нет да и встречается еще даже в современной Европе.