Многогранный мир. Дети – надежда России

 – В какую сторону лето ушло? Мне его догнать надо.

– Улетело лето на другой конец земли и вернётся теперь не скоро, – ответила эльфу хлопотунья-серая мышка. – Тебе, эльф, с твоими слабыми крылышками его не настигнуть. Только перелётным птицам под силу догнать лето!.. Выкопал бы лучше себе норку да зёрен припас для зимовки, вот тогда, наверное, и дождался бы возвращения лета.

– Спасибо тебе за совет, серая мышка, только мне лето во что бы то ни стало догнать надо, ведь вместе с ним улетели мои маленькие братья эльфы, а мне без них никак нельзя.

Я их в лодочке догоню.

И принялся маленький эльф сооружать из листьев лодочку, парус из листа поставил, вёсла из листочков в лодочку положил. Шапочку и одёжку изготовил из маленьких листьев, приоделся, сел в лодочку и собрался было отплыть в кругосветное путешествие. Да неожиданно подхватил порыв ветра листик-лодочку, закружил в хороводе листьев над полем, и эльф от неожиданности происходящего свалился из лодочки прямо на спинку жаворонка, устремившего в это мгновение своё полёт вместе со стаей в дальние страны.

– Кто ты такой? – спросила птица у эльфа. – Я вместе со стаей жаворонков лечу на другой конец земли. У меня нет времени вернуть тебя на землю, иначе я отстану от своей стаи. Да я вижу, у тебя у самого крылышки имеются! прыгай скорей, пока мы ещё не так высоко поднялись.

– Видите ли, господин жаворонок, – воскликнул эльф.

 – Серая мышка поведала мне, что только перелётным птицам под силу догнать лето, мои крылышки для этого слишком слабы. А мне во что бы то ни стало надо догнать лето! Не будете ли Вы так добры взять меня с собой? ведь я такой лёгкий…

– И то правда. Будь по-твоему, – ответил жаворонок. – Только держись покрепче: перелёт будет долгим!

И так стая жаворонков (с эльфом) устремила свой полёт к берегам далёкой Африки и в один прекрасный день достигла солнечных берегов священного Нила.

– Спасибо Вам, господин жаворонок, – учтиво откланялся эльф. – Вы помогли мне догнать лето! Теперь я сам попробую разыскать своих братьев.

С этими словами он принялся порхать над зарослями прибрежного камыша, пока его внимание не привлекли розовые цветы, мерно колышущиеся над виднеющейся чуть поодаль илистой отмелью.