Мои любимые сказки – 3

Я без неё не вырасту…

– Правда? О, тогда понятно! – радостно воскликнул Воробей, – Если без верёвки передвигаться не можешь, я знаю кто ты!

– Кто?! – спросил Плодик, затаив дыхание.

– Ты, ты, ты троллейбус! Вот кто ты! – ликующе закричал воробей. – Он тоже не может двигаться без верёвки. Только его верёвка называется провода. Если его рожки от проводов отрываются, он стоит и никуда не едет, не может. Сам видел!

– Не болтай ерунды! – послышался суровый голос из высокой травы на грядке, – Где ты, Воробей, видел троллейбусы на заборе? Чудак!

На дорожку выкатился игольчатый шарик.

Шарик развернулся и оказался Ёжиком.

– Троллейбусы на банановые коробки похожи, только большие! – со знанием дела сказал вновь прибывший собеседник. – А этот маленький, зелёный, без окон, без дверей.

– Так, ещё не вечер! – ухмыльнулся Воробей, – Подрастёт, окна и двери прорежутся. Троллейбусы не сразу большими становятся. Они где-то из чего-то вырастают.

Как мыслишь?

– Кто его знает, может, ты прав, – немного подумав, ответил Ёжик. – Я ведь с иголками тоже не сразу рождаюсь.

– Ты что, не хочешь быть троллейбусом? – деловито спросил воробей у Плодика. – Растёшь быстро. На забор взлетал, ростом был с меня. Сейчас в два раза больше ежа. Если так пойдёт, уже к вечеру станешь троллейбусом. Натянут твою верёвку между двумя столбами и будешь людей возить. Красота!

– Раз ты троллейбус, – вступила в разговор, неизвестно откуда взявшаяся Ворона, – слезай с забора, сломаешь! На чём мы сидеть будем? Давай, давай, слезай!

Плодик, прогревшись на солнышке, действительно подрос.

Стал тяжёлым, попытался спрыгнуть, да не смог. Ус, отросший от плети, так крепко зацепился за забор, что не дал ему спуститься.

– Какой он троллейбус! – завопил снизу Червяк, – Он усами за забор цепляется. Где вы видели у троллейбусов усы, грамотеи?! Он рыба – сом! Вот такой сомище сожрал с крючка на удочке моего брата.

Даже не поперхнулся! Караул! Спасайся кто может!

От воплей Червяка все, кто был рядом, разбежались в разные стороны.

Плодик остался висеть на заборе один. К вечеру следующего дня он ещё больше подрос. Плеть, на которой он висел, напряглась и стала потрескивать.

– Только бы ночь продержатся, – грустно подумал Плодик и тихо всхлипнул. – Завтра разберусь, кто я есть. Решу, что делать дальше.