Птичий город за облаками

В конце концов, в наше время, когда новости по телевизору все чаще напоминают дурной сон, как-то хочется сурового старомодного реализма хотя бы в искусстве. Даже если реализм этот, как у Дорра, призрачен и обманчив, словно охотничья байка у костра.

    Playboy

* * *

Посвящается библиотекарям – прошлым, настоящим и будущим

Предводитель хора: Какое же дадим мы имя городу?

Писфетер: Хотите имя важное, тяжелое – Лакедемон.

Эвельпид: Что? «Ляг где можешь»? Зевс! Отец! Чтоб город мой назвался «Ляг где можешь»! Нет! Уж лучше лягу я в постель пуховую.

Предводитель хора: Откуда ж имя мы возьмем?

Эвельпид(с торжественным жестом): Отсюда вот – из туч, из пара, мыльное, пузырное, форсистое.

Писфетер: Нашел! Заоблачный Кукушгород![1 - Греческое слово ?????????????? (Нефелококкигия) русские переводчики и ученые передавали по-разному: Нефелококкия, Облакокукушград, Тучекукуйщина (в цитируемом переводе Адриана Пиотровского), Тучекукуевск, заоблачно-кукушечный град. Мы объединим несколько вариантов и в этой книге будем называть птичий город Заоблачным Кукушгородом.

    Аристофан. Птицы. 414 год до н. э.

    (перевод Адриана Пиотровского, с изменениями)

Пролог

Моей любимой племяннице с надеждой, что это принесет тебе здоровье и свет

«Арго»

65-й год миссии

307-й день в гермоотсеке № 1

Констанция

Четырнадцатилетняя девочка сидит по-турецки на полу круглого гермоотсека. Носки протерты до дыр, голову обрамляет ореол густых кудряшек.

Позади нее в пятиметровом прозрачном цилиндре от пола до потолка висит машина из триллионов золотых нитей не толще человеческого волоса. Каждая обвивает тысячи других, и все они сплетены немыслимо сложным образом. Иногда какой-нибудь пучок нитей начинает пульсировать светом. Это Сивилла.

Еще здесь есть надувная койка, биоунитаз-рециркулятор, пищевой 3D-принтер, одиннадцать мешков питательного порошка «Нутрион» и «шагомер» – тренажер размером и формой с автомобильную шину.

На полу перед девочкой ровными рядами лежат почти сто прямоугольных кусочков – их Констанция оторвала от пустых мешков из-под «Нутриона» и пишет на них самодельными чернилами. Некоторые исписаны плотно, на других лишь по одному слову. Есть, например, прямоугольник с двадцатью четырьмя буквами древнегреческого алфавита.