Мой друг Отто

Наверное, потому что одни из нас совсем не умеют сочинять стихи, а другие – петь. Не успели мы прийти в себя, как раздался звонок.

– Итак, удачи! – пожелала фрау Шютц. – Мне очень интересно, что у вас получится!

Отто нагнал меня на лестнице. На штанине у него темнело здоровенное пятно, дужка очков была заклеена скотчем. Его мама отказывается относить их в ремонт. Потому что за последние два месяца Отто наступал на очки уже три раза.

– Матти, – произнёс он. Голос у него был шёлково-бархатный.

– Нет, – отрезал я.

– Но ты ведь даже ещё не знаешь, что я хочу сказать.

– Тут и знать нечего, – ответил я. – Ты хочешь сочинять рэп со мной. Чтобы самому не петь. Это ещё ладно. Но ведь ты и стихи складывать не умеешь! А значит, мне всё придётся делать в одиночку.

– Ну Матти, – пробормотал Отто.

И я, конечно, поддался. Вечно одна и та же история.

Когда Отто затягивает это своё «ну Матти» – я чувствую всё сразу. И гордость – ведь он нуждается в моей помощи. И ответственность – ведь Отто как-никак мой лучший друг.

И даже капельку злости – потому что он мною пользуется. А ещё у него это как-то очень забавно выходит. Я не могу сдержать смех. А стоит мне рассмеяться, как из меня верёвки можно вить.

– Только если думать будем вместе! – сказал я.

– Договорились! – воскликнул он. – Я буду думать изо всех сил. Обещаю!

Мы ударили по рукам.

– Но сочинить настоящий гангста-рэп – это нам, конечно, трудно будет, – заметил Отто.

– Почему? – удивился я.

Он посмотрел на меня – очень спокойно и очень серьёзно.

– Мы слишком хорошие мальчики, – ответил он.

И чем дольше я об этом думаю, тем больше переживаю. Потому что, честно говоря, Отто абсолютно прав.

Глава вторая,

в которой мы набрасываем и отбрасываем кое-какие планы

Наверное, я бы так крепко и не задумался обо всей этой слишком-хорошести, если бы услышал о ней не от Отто. Но ведь с Отто я знаком всю свою жизнь минус три недели. Когда мне было три недели, а Отто четыре, моя мама и мама Отто записались на послеродовую гимнастику.

Там они познакомились и мигом сдружились. Нас с Отто поручали одной и той же няне, водили в один и тот же детский сад, а потом отдали в один и тот же первый «B». Отто знает мою бабушку, мой тайник со сладостями – и даже моего отца знал, пока тот не удрал. Мне, в свою очередь, известно, что мама Отто каждую пятницу встречается со старым другом, о чём папе Отто знать не положено.