Мой любимый домовой

Толя спрыгнул на землю и подергал веревку.

– Слушай, – тихо сказал он выглянувшей сестренке, – раз тапочки здесь, может, и ты спустишься?

– И чего я тебя всегда слушаю? – вздохнула Оля. – От тебя только одни неприятности!

Она бурчала, но остановиться уже не могла: тайна дома была сильнее всех будущих неприятностей. Неуклюже развернувшись на четвереньках на подоконнике, она нащупала ногами веревку, стала на ее толстый узел, ухватилась за веревку мертвой хваткой и начала спускаться, стараясь бурчанием затолкать свой страх поглубже.

– Ну влетит же нам! Точно знаю, что влетит! Аферист, правильно мама говорит, аферист ты.

Она спустилась до последнего узла и облегченно вздохнула.

– Тапочки подай!

Брат подхватил ее и поставил на тапочки:

– Привет, авантюристка! Пойдем?

Войти в старый дом не составило особого труда: входная дверь не была закрыта. Пол в коридоре действительно скрипел на все лады, ничуть не страшно, даже певуче. А вот двери в квартиры были заперты, но одна из них, как показалось ребятам, была чуть приоткрыта, и из-под нее виднелась полоса слабого света.

Не сговариваясь, ребята рванули к двери, стараясь опередить друг друга. Но перед самым носом дверь неожиданно щелкнула и закрылась. Оля толкнула ее, потом навалилась сильнее, повернулась спиной и приложила силу своего мягкого места, помогая еще и ударами пяткой. Толя, молча, отодвинул сестренку и заглянул в замочную скважину, вернее в то, что от нее осталось: предусмотрительные хозяева, видно, очень любили свой замок и, съезжая, не захотели с ним расставаться. Теперь в эту дырку можно было заглянуть и рассмотреть находящуюся за дверью комнату. Ничего интересного! Она пуста, на полу разбросаны бумажки и что-то еще непонятное. В углу, вроде бы, стоит тумбочка, а на стене, кажется, что-то висит – то ли картина, то ли портрет – видно плохо.

Оля не выдержала молчания брата и, оттиснув его от двери, приникла сама к отверстию.

– Ничего не вижу. Нет там никого.

– Открывай дверь, – тут же предложил Толя. – Сильней толкай… да не шуми ты! – одернул он сестренку.

– Сам толкай и не шуми! Она, наверное, заперта.

– Не заперта, – Толя шлепнул ладонью по дырке в двери, – замка нет. Может, гвоздями заколотили? А зачем? А ну, навались!

Толя недоумевал. Неужели ему показалось, что дверь была приоткрыта?

– Стучать семнадцать раз ногой и сорок восемь головой, – фыркнула в ухо сестренка, наблюдая за его стараниями.