Мой любимый чемпион

Синее небо до горизонта.

Три дня в неделю – в среду, пятницу и воскресенье – папа с Сашкой занимались конкуром. Устанавливали препятствия – пару чухонцев, систему. И прыгали. И если есть на свете счастье – это было оно. Развернуть коня на препятствие. Постановление. Прыжок! Если по вторникам, четвергам и субботам они вкалывали на тренировках с Полиной, то в остальные дни оба летали!

Джонатан в холке – сто семьдесят девять сантиметров. И вот он отталкивается и прыгает на метр выше! На целый метр! В прыжке у коня есть такое свойство – зависать.

У них был ещё один способ «приключиться», как называл это папа. Он вообще любил по-своему использовать слова, придавая им новый смысл.

Летом, когда было время и позволяла погода, они возвращались из главной конюшни не коротким «верхним» путём вдоль шоссе. А низом, по берегу моря.

– Не закатить ли нам гастроль имени Петрова-Водкина? – всегда неожиданно, на развилке спрашивал отец.

– Да-а! – радостно вопила Сашка.

– «Закатывать» в данном случае – от слова «закат»! – каламбурил папа, сворачивая к заливу. – Даёшь купание красного меня!

Они кружили по узким тропинкам, спускаясь к морю тряской рысью. Когда выходили на побережье, кони вставали как вкопанные, фыркали и мотали головами. Вокруг было столько воздуха, неба и воды, что даже Сашка дурела.

– Что, погнали?! – спрашивал отец.

– Погнали! – отзывалась Саша и первой поднимала Габи в галоп.

…В тот вечер, который снится Саше два года, они как раз «закатывали гастроль». Спустились к морю и обнаружили, что солнце уже упало за горизонт, оставив после себя полыхающее пурпурное небо и розовый отблеск на тёмной воде, который катился к берегу ленивой длинной волной.

Сашка с папой пришпорили коней и помчались вдоль воды. Из-под копыт летели брызги – тёмно-красные в отсветах заката, похожие на зёрна граната. Отец бросил поводья и раскинул руки, обнимая ветер.

– Давай, Шуша! – кричал он. – Не дрейфь! Отпусти повод, не бойся!

Но Саша боялась. Мало ли что придёт Габи в голову? А вдруг испугается? Или понесёт? И повод не отпускала.

Они летели вперёд, обгоняя друг друга. Отец поддавался Сашке и отставал. Она сейчас это понимает. А тогда – нет.

– Ну, что? Кто теперь первый?!

– Я! – кричал отец, обгоняя.

– Нет, я!

Саша, не оглядываясь, вырвалась вперёд.