Мой любимый Чёрный

 – Помни, у тебя храброе, доброе сердце!

Как делала мама, он прыгнул на ящик, потом взобрался на трубу. «Ух, как холодно!» – содрогнулся Лапка, но решительно нырнул в окошко.

За ним скрылась Пятнышко. Но перед тем, как исчезнуть, она оглянулась и нежно проговорила почти, как мама:

– Я люблю тебя Чёрный…

– Мяу! – тоскливо сжался котёнок.

Он ушёл, лёг на шаль, свернулся калачиком. Шаль пахла мамой.

Шло время, сгустились сумерки. Никто не возвращался. Котёнку сделалось очень одиноко и страшно.

Ждать, сестричка сказала ждать.

А чего ждать? А если никто не вернётся? Как он будет жить один? А ведь Лапка сказал: у тебя храброе сердце, Чёрный!

Котёнок поднялся, неуверенно доковылял до ящика, забрался на него, потом на трубу. Правда, до чего же холодно, бр-р! Зажмурившись, он прыгнул в окошко.

Снег обжёг подушечки лап. Какой он оказывается мягкий, хрустящий и ледяной!

Было темно. В темноте горели тусклые фонари. Вокруг высились многоэтажные дома. Вдали, сверкая фарами, проносились автомобили.

Черный никогда ещё не видел всего этого, но знал по рассказам мамы.

Куда идти? Он не имел понятия. Всё равно! Надо искать маму, Лапку и Пятнышко. Преодолевая страх, котёнок побежал по улице.

Заметала позёмка.

До боли в глазах Чёрный вглядывался в темноту: не мелькнёт ли где кошачий хвост?

По улице шли редкие прохожие. Вначале котёнок шарахался от них, огибал стороной. Потом привык. Люди торопились по своим делам, не обращая на него ни малейшего внимания. Чёрный решил, что это все хорошие люди.

Потому что мама кошка рассказывала: плохие люди – кричат, шикают, машут руками, топают ногами, могут кинуть камнем или палкой.

Он долго бежал, но мамы, братика и сестрички нигде не было. Выбившись из сил, побрёл шагом. Что делать? Как быть? Ледяная позёмка пробирала до последней косточки. Котёнок дрожал всем телом. Повреждённая лапка стала плохо слушаться. «Наверное, я замёрзну…», – подумал Чёрный с тоской.

– Это кто у нас такой?! – раздался вдруг сверху громкий недовольный голос.

 – А ну-ка, иди сюда! Куда ты побежал, глупый?..

Котёнок обернулся. Над ним возвышалась страшная широченная шуба, лицо у шубы было замотано шарфом. Шуба притопывала огромными валенками, хлопнула меховыми рукавицами.

«Кричит и топает! – вздрогнул Чёрный. – Сейчас будет пинать. А может наступит… Плохой человек!».

Слабо пискнув, он бросился прочь. Но не успел. Сильная ладонь сграбастала его, сунула за пазуху под страшную шубу.