Молли имеет право

Однако я успела перехватить сестру ещё до того, как она туда добралась, и Филлис аж подпрыгнула, когда я похлопала её по плечу.

– Это всего лишь я. А ты кого ждала? Полисмена?

Но напрасно я надеялась, что она, побледнев от чувства вины, сразу раскроет мне все свои страшные тайны, – она выглядела скорее раздражённой.

– Не говори ерунды. Я просто не ожидала, что кто-то подкрадётся ко мне со спины, вот и всё.

– И где же ты была? – поинтересовалась я.

– С Кэтлин, – быстро ответила Филлис. – Мы ходили в одну чайную в центре.

– А мне показалось, ты с кем-то разговаривала. Какая-то незнакомка в зелёном пальто.

Вот тут Филлис действительно побледнела. По край ней мере, стала чуть бледнее обычного. Но только на секунду.

– О, я наткнулась на одну из подруг Кэтлин, и та передала мне книгу, которую пообещала ей одолжить. Сама она зайти не может: не хочет подхватить грипп. Сестра Кэтлин как раз с ним слегла. Похоже, их семья чересчур восприимчива к микробам.

Ну, я, конечно, в жизни бы не доказала, что это неправда: может, та женщина в пальто и в самом деле подруга Кэтлин, ужасно боящаяся микробов, может, внутри свёртка и впрямь была всего лишь книга (хотя выглядело не особенно похоже), однако я абсолютно точно знала, что Филлис соврала.

Зато сегодня в школе я рассказала об этом Норе, и она (хотя склонности к фантазиям у неё нет) была вынуждена признать, что всё это довольно подозрительно:

– Может, она действительно стала революционеркой?

Но я сказала, что не думаю, будто у Филлис вообще есть политические взгляды.

– Она о таких вещах никогда даже не упоминала.

– При тебе, – возразила Нора. – Но это не значит, что у неё их нет. Может, она решила, что ты всё равно не поймёшь. И, вероятно, была права.

Я, разумеется, почувствовала себя несколько оскорблённой: как она могла подумать, что я не из тех сестёр, которым революционерки могут доверять?

– Уж я бы, конечно, маме с папой ничего не сказала. Ну, скорее всего. Если бы только не решила, что она затевает что-то опасное.

– Вот видишь.

– В нашей семье вообще в политике не разбираются. Не то что твоя тётя. Родители, как и все вокруг, за старый добрый гомруль.

– Это ещё ничего не значит, – настаивала Нора. – Людям не обязательно придерживаться тех же политических взглядов, что и их родители. Иначе в мире вообще ничего не изменится.

Нора, конечно, иногда любит строить из себя всезнайку, но это она очень точно подметила.