Море драконов

Её облик не шёл ни в какое сравнение с искусной резьбой, украшающей стены зала; ещё более великолепные украшения были надеты на самих драконах. В толпе было немало сомневающихся взглядов. Но их не осталось, когда внезапно, будто в ответ на прикосновение Стража, внутри невзрачной розы мелькнула вспышка красного огня. Уважаемые драконы хором издали вздох изумления и все как один склонились в поклоне. Даже повелитель преклонил голову, а подняв её, обвил хвостом свой трон и, упершись в каменное основание задними лапами, вытянулся вперёд во всю длину.

– Да наступит мир во всём мире и да придёт новое рождение феникса! – с пылом провозгласил он, впиваясь в розу жадным взглядом.

В его глазах было такое неприкрытое вожделение, что Тому стало даже как-то неловко. Господин Ху, должно быть, тоже ощутил нечто подобное, потому что опустил лапы, и лепестки магической розы стали такими же тусклыми, как обычно. Он вернул яйцо в мешочек и убрал его обратно за пазуху.

– Все мы, существа доброй воли, желаем пробуждения феникса.

Но он не пробудится до тех пор, пока остаётся на земле хотя бы один носитель злой воли, готовый узурпировать его власть.

Повелитель драконов величаво уселся обратно на свой трон, виток за витком.

– Явись он нам, никакой злой воли не стало бы, ибо не было бы нужды в ней.

– В этом величайший парадокс феникса, не так ли? – мягко отвечал господин Ху. – Он не может возродиться, пока не наступит мир.

– Но немало тех, кто твердит, что мир не наступит, пока он не возродится… – Повелитель драконов на секунду стал задумчив, но сразу собрался с мыслями: – Столь бесценной реликвии место в нашей надёжной сокровищнице.

Господин Ху дипломатично склонил голову:

– Ваше величество, боюсь, феникс должен остаться со мной.

Король подозрительно прищурился:

– Если бы я не был уверен в обратном, то мог бы подумать, будто бы ты, Страж, не доверяешь нам. А если так, зачем было к нам приходить?

– Никоим образом не хочу проявить непочтение к вашему величеству, – с поклоном ответил господин Ху.

 – Увы, известны случаи, когда даже наиблагороднейшие сердца были отравлены искушением, какое сулит безграничная власть феникса.

Он взглянул на Верховного мага, ища подтверждения своим словам. Пожилой дракон неловко кашлянул:

– Предания изобилуют рассказами об этом, ваше величество.

Господин Ху снова отвесил поклон, почти коснувшись лбом пола.

– Само собой разумеется, я никогда не допустил бы подобных мыслей в отношении вашего величества.