Морские приключения мышки Клариссы

Некоторых членов экипажа я узнавала по запаху или даже по виду. Ужас и растерянность на их лицах показывали: они прекрасно знают, что происходит, и к тому же осознают, что заняли не ту сторону.

Капитан сыпал проклятиями в адрес оставшихся на борту, обзывал их бунтовщиками и предателями, требовал больше провизии и вещей, торговался за пресную воду. Я взглянула на Тануку. Казалось, он смотрит прямо на меня. И оцепенение сразу прошло. Он больше не звал Бенеллун. В глазах у него стояли слезы, губы надулись и опустились в горестной гримасе.

Он смотрел не на меня, а сквозь, как будто я прозрачное привидение. Я забилась глубже под мешок, чтобы не попадать в свет факела.

После нескольких жутких ударов и толчков лодка со скрежетом наклонилась. Все разом заорали. Мы летели вниз. От удара об воду в шлюпке попадали матросы, посыпалась со своих мест провизия. Я не успела ни во что вцепиться, потому что очень болели сломанные коготки, и от толчка вылетела из ящика на дно шлюпки. Не успела я вскарабкаться обратно, как меня окатило морской водой.

Мне показалось, что я умерла, что меня смыло волной в ледяное море, как маму. Но нет, я всего лишь оказалась в мелкой луже на дне лодки. Отплевываясь и хватая ртом воздух, я поплыла первый раз в жизни и, надеюсь, последний. Кое-как преодолев глубокое место и цепляясь остатками кровоточащих когтей, я вскарабкалась на боковую стенку шлюпки. Затем, протиснувшись между досок ящика, спряталась под мешком с кофе. Сознание покидало меня.

От потрясения зубы стучали друг о друга, а от пронизывающего ночного холода содрогалось тело.

И вдруг все внутри оборвалось. Чарльз Себастьян! Где он? Он жив? Или погиб в кошмарной пасти Патронессы? Я вытянула шею и начала всматриваться в борт судна, безнадежно пытаясь отыскать брата и прекрасно понимая, что уж на перилах его точно не может быть. Но все же я надеялась.

Между шлюпкой и кораблем появилась полоска воды. Хотя оба судна стояли на месте. Но какая разница? Чарльза Себастьяна больше нет.

Я осталась одна. Задыхаясь от нехватки воздуха, я приказала себе выйти из оцепенения. И услышала голос капитана.

– Этот бунт будет преследовать тебя до самой смерти, мистер Томас! – орал он в сторону судна. – Я не успокоюсь, пока не увижу, как ты болтаешься на рее!

Бунт! Снова это слово. Слово, чтобы обозначить царящую неразбериху. Я уже поняла, что бунт – это борьба между двумя сторонами, но все еще не могла уловить точное значение.