Морские приключения Трисона

 – Удобно?

Ага, удобно! Ты сам попробуй посидеть в этом сундуке. Комфорта особого я не ощутил, но и сказать, что всё было уж совсем трагично, тоже нельзя. По крайней мере, в ней я мог стоять в полный рост, да и прилечь получалось. Но клетка есть клетка. Ладно, зачем портить нервную систему, если всё равно ничего не смогу изменить? Вот такая она – собачья жизнь. Ещё не успел отойти от осмотра ветеринара – и вот тебе новый неожиданный поворот в предстоящем путешествии.

Интересно, для чего доктор Айболит аж два раза заглянул мне под хвост? Что он там хотел увидеть? Врач осматривал меня так, словно я – первый пёс, который должен отправиться покорять Марс.

Раза три заставил открыть пасть, несколько раз посветил фонариком в уши и глаза, проверяя реакцию зрачков. У меня даже сейчас красные звёздочки пляшут перед глазами. Я едва не лишился остатков завтрака, когда он ощупывал мой живот. Неужели нельзя это делать понежнее?

После утомительного сбора справок и прохождения разных процедур перед командировкой что-то мне совсем расхотелось лететь.

Одно обнадёживает: земля там вроде как обетованная. Только вот не могу понять, она обетованная только для людей или для всех живых существ?

Но как бы я ни хотел отсрочить день отъезда, всё же он настал. В аэропорт нас отвозили на полицейской машине. На стоянке аэровокзала мужчины выгрузили вещи и клетку из багажника, Максим пристегнул поводок к ошейнику, и мы все вместе направились в терминал вылета. Наконец настало время прощания.

– Ну что, друзья, удачи вам, – произнёс капитан полиции Иван Дёмин, коллега Максима, и протянул ему руку.

 – Берегите себя. Всё-таки, как говорят, Восток – дело тонкое. Там глаз да глаз нужен.

Я невольно напрягся: с его слов стало понятно, что мы летим в какое-то опасное место.

– Будем живы – не помрём, – произнёс Елисеев-младший, окончательно нарушив мой покой.

Вы же знаете – я не трус. Но в тот момент, клянусь, мне стало страшно. Будто мы на войну отправляемся.

Мужчины обнялись, похлопав друг друга по спине.

– Триха, надеюсь, ты не замёрзнешь в грузовом отсеке, – улыбнулся Иван.

Что-то я не понял, о чём это он. Выходит, багажное отделение не отапливается? Помню, стюардесса во время полёта в Анадырь сообщала: температура за бортом на высоте десять тысяч метров – минус пятьдесят градусов. Так я же в сосульку превращусь в той камере хранения!

– Ничего, если замёрзнешь, в Израиле отогреешься, – словно услышав мои мысли, продолжил капитан. – Там сегодня плюс сорок.