Моя Прелесть

Он был предельно собран и спокоен:

– В пятидесяти метрах справа от вас стоянка в виде шайбы. Она открыта. На втором этаже припаркован светло-серый Араб марки Л13. Я разблокировал его. Садись и двигай в сторону Советской. Я на подходе.

Мы переглянулись и рванули в указанном направлении, а за нами вновь обнаружившие нас преследователи. Сколько их было – уже не знаю. Я боялась оглянуться. Но мне постоянно казалось – еще миг и шейные позвонки затрещат под холодными пальцами нежити. Мои милые, любимые позвоночки! Это было хорошим стимулом включить третье дыхание.

Или пятое… Уже не помню, какое. По очереди обгоняя друг друга, мы влетели в распахнутые ворота стоянки и устремились вверх по дорожному серпантину.

Оказавшись на втором этаже, мы с Викой промчались мимо дремлющих зомби-рысаков. К ним были прикованы повозки самых причудливых форм и размеров: от антикварных карет в стиле рококо до лаконичных конструкций из стеклопластика и хромированного металла. Лионова резко остановилась около белоснежной лошадки, запряженной в изящную серебристую кабинку.

Она рванула на себя дверцу, но та не открывалась.

– Черт… Черт… Черт… – забормотала Виктория, судорожно дергая дверь.

Я нервно оглянулась. Зомби бодро приближались к нам. Мамочки мои! Их уже было семеро!!! Я лихорадочно искала выход из положения.

– Лионова, дай я, – оттолкнула я Викторию.

Вжих – дверцы мягко поползли вверх, как крылья у бабочки. Только ну очень медленно. Гораздо медленней, чем мчащиеся на нас монстры.

Когда мы забились в салон, дверцы также неторопливо двинулись вниз. Один из мертвецов ухватился за пластик.

– Челюсть оторву! – заорала перепуганная я и ударила монстра по пальцам.

Только сейчас я заметила, что продолжаю сжимать часть морды привратника с Левинки. Окольцованный палец опять опалило огнем, мир затянулся пеленой, а в горле появился противный привкус крови. Монстр отпрянул от меня. Да так удачно, что повалил подбежавших к нему на помощь собратьев.

Между тем Виктория опять лихорадочно начала рыться в сумочке.

Ну, надо же – она у нее чуть больше ладони, а найти в ней ничего невозможно.

– Уф, – выдохнула она, вытирая тыльной частью ладони лоб, – думала, на проспекте выронила.

Она вставила небольшой цилиндр (не больше ее злосчастных тампонов) в углублении на панели управления. Та сразу вспыхнула голубым. В салоне стало светлее. С боков сидений выползли пластиковые ленты и с мягкими щелчками сомкнулись вокруг нас.