Моя воображаемая кошка

Мама с бабушкой (которая тогда сама была мамой, что очень трудно понять) обыскали всю квартиру. А потом случайно нашли Стешку в трёхлитровой банке под раковиной. Она забралась туда, а вылезти не сумела. И от страха не догадалась даже помяукать.

"Это было так смешно, что я даже перестала плакать, – рассказывает мама. – Полосатая трёхлитровая банка с вытаращенными глазищами. Или кошка-инопланетянин в форме банки".

Стешка, судя по всему, была та ещё разбойница. Даже нам с сестрой до неё далеко.

Каждый раз, возвращаясь домой, мама обнаруживала какие-нибудь разрушения: разбитые цветочные горшки, ободранные шторы, скинутые с плиты кастрюли с обедом…

Перед сном Стешка сходила с ума и носилась по квартире, задрав хвост, так что все половики стояли дыбом. Иногда она охотилась на маму, набрасываясь на неё из-под шкафа, как дикий зверь. Но и мама не оставалась в долгу – отстреливалась из водяного пистолета.

Правда, бывали у них и очень милые моменты.

Каждое утро Стешка приходила будить маму. Прыгала к ней на подушку и начинала лизать её волосы, урча, как трактор.

4.

А потом Стешка выросла и ушла жить к котам, в подвал. Просто выскочила из квартиры, когда кто-то входил или выходил. И припустила по лестнице вниз. Про это мама не очень любит рассказывать.

"Ты плакала? – допытывается моя прилипала-сестра. – Ты её искала?"

"Не помню, – грустно улыбается мама. – Это ведь было сто лет назад".

Через некоторое время маленькая мама, возвращаясь из школы, увидела Стешку у подъезда.

Та сидела, гордая, как королева, а вокруг отиралось пятеро подвальных котов.

"Пойдём домой", – предложила мама.

Но Стешка презрительно глянула через плечо и не двинулась с места. А когда мама попыталась подойти, чтоб взять её на руки, зашипела и усвистала в подвал.

"А откуда в пещере подвал?" – спрашивает сестра.

"А ты за ней туда ходила?" – спрашиваю я.

Мама молчит так долго, что сестра успевает задать ещё триста идиотских вопросов.

Но потом мама всё-таки отвечает. Мне, а не этой трещотке:

"А ведь и правда, ходила. Надо же. Совсем забыла. А теперь вдруг так ясно увидела: трубы в серебристой обёртке, как бесконечные конфеты-батончики. Пыль. Доски на полу. Я иду, спотыкаясь, подлезаю под трубами, что-то сыпется сверху. Света становится всё меньше, а тишины всё больше. Я кричу "Стеша-Стеша-Стеша".