Там, высоко-высоко

Кто она и откуда – отец никогда не рассказывал, но на первой странице твоей книги изображена именно эта красавица. Хотя, может быть, и ты – вы ведь с ней очень похожи. Так или иначе, на такое совпадение трудно не обратить внимание. Я решил присмотреться к тебе, и это оказалось правильным решением. Теперь я знаю. Ты, как и эта девушка, фея.

– С чего вы решили? Наше внешнее сходство с этой несчастной ничего не значит. Есть много внешне похожих друг на друга людей, гномов и эльфов, но это еще не доказательство их родства.

Уверена, вы очень разозлились бы, если бы кто-то сказал, что какой-то эльф или гном может иметь с вами общие корни, потому что у него такие же, как у вас, черные волосы или нос с горбинкой. К тому же, у меня есть свидетельство того, что я эльфийка, – холодно заметила я и многозначительно дотронулась до своих заостренных ушей.

– Ушки у тебя эльфийские, – согласился Лоран. – Только у Перворожденных есть еще одно неоспоримое доказательство их чистокровности. О которой, впрочем, мало кому известно.

Как только они выходят из грудничкового возраста, у них формируется стойкая непереносимость молока. Не знала?

Нет, этого я не знала. Эльфов не так часто встретишь в наше время. В университете училось от силы пятеро, но при этом ни с кем, кроме Соль, я так и не сдружилась. Хотя то, что Соль всегда кривилась от сливок, замечала. Ну, так у каждого свои предпочтения в еде. К тому же она не отказывалась совсем от молочных продуктов, а сыры так и вовсе обожала. Между тем Лоран продолжал.

И от самодовольной уверенности в его голосе мне хотелось выть.

– В книге написано, что феи любят сливки и мяту столь же сильно, как кошки корень валерианы. Ничего тебе не напоминает? А еще они собирают цветочную пыльцу, которая ненадолго может оживить самые заветные мечты. И цветы эти не простые. В них обращались феи после своей смерти – во всяком случае, так было написано в твоей книге.

Я вспомнила первую фразу из книги, где говорилось о невоздержанности фей относительно мужчин. Жаль, что я тогда сожгла ее, разозлившись на этот бред.

Надо было все же перелистать, и тогда не попала бы в столь глупое положение. Интересно, что Лоран еще вычитал в ней?

– Все слишком гипотетически, господин экспериментатор. – Я попыталась спрятать тревогу под пренебрежительной усмешкой. – А пирожные не только феи любят. Любую девушку спросите.

– Есть еще одно доказательство, – ответил мне усмешкой на усмешку Лоран. – Пикантное.

Он сделал несколько пассов рукой.