Тень Дракона. Повелители Драконов. Книга 1

Интересно, с чем это может быть связано?

Шэрон пожал плечами:

– Что-то ведь уничтожило древний мир, а их магия была намного сильнее нашей. Возможно, благодаря своей способности убегать от опасности эти маленькие существа оказались теми немногими, кто смог выжить.

Лапуля вдруг рванула вперед. Поводок сильно натянулся, и она захрипела от сдавливающего шею ошейника, но попытки заставить молодых людей прибавить шугу не прекратила.

– Она совсем не знает усталости? – спросил Коросс у Шэрона, как знатока не очень разнообразной фауны подземелья.

– Целеустремленно бежит. Что-то учуяла, – мрачно отозвался Шэрон. – Надеюсь, архивы Ордена. Архивариусы часто кладут в коридоры сыр, чтобы приманить катакомбных крыс из нижних ярусов. У них обоняние невероятно сильно развито. Единственный вопрос, что мне всегда не давал покоя – чем питаются катакомбные крысы в естественных условиях? На нижних ярусах, откуда они родом, даже крыланы не живут.

Они замолчали.

Вскоре Лапуля встала на задние лапки перед глухой стеной.

Дальше прохода не было. Крыса некоторое время принюхивалась, а потом, пронырнув между ног молодых людей, вернулась к завалу камней на полу. Покрутившись вокруг, Лапуля с остервенением принялась рыть под кучей проход.

– А ну, постой.

Коросс намотал посильнее поводок на руку, оттаскивая от завала крысу. Та злобно заверещала, упорно пытаясь вернуться на привлекший ее участок.

– Посмотри, Шэр, что там?

После того, как несколько крупных камней были отброшены в сторону, молодые люди увидели на стыке стены с полом довольно широкую щель.

Шэрон нерешительно оглянулся на Коросса:

– Может, имеет смысл повернуть назад?

– Вот еще! – азартно воскликнул молодой человек. – Мы всегда успеем это сделать. Похоже, у Уоросса, действительно, были серьезные планы на эту милашку. И я начинаю догадываться, какие.

В этот раз трещина оказалась довольно глубокой. Но чем дальше они продвигались, тем уже становился лаз. Вскоре Коросс уже трижды проклял свою идею довериться чутью крысы.

И лишь мысль о том, что дорога назад будет еще хуже, заставляла его продолжать путь, пока, наконец, не стало поздно. Трещина сузилась настолько, что пролезть в нее могла только крыса. Когда Коросс устало облокотился на землю, и она неожиданно провалилась. Молодой человек рухнул в широкий коридор. С одной стороны он уходил в бесконечность, с другой – заканчивался дверью. Гладкие стены слегка светились, заливая все вокруг мертвенным зеленоватым сиянием.