Музыка моего дятла

Но на всякий случай я дохожу до стола и шарю под ним рукой – пусто. Тогда мне надо в гостиную: больше на кухне нигде не спрятаться.

За дверью в гостиной – никого. И под диваном, и под столиком. Я подхожу к окну и слышу мамино дыхание. Отдёргиваю штору и касаюсь мамы рукой – нашла. Нашла!

Как я люблю прятки! Я знаю все места для пряток в нашем доме, ну и что? Ведь играть я могу только дома. А я так люблю прятки! И теперь мамина очередь меня искать.

Мама завязывает шарфом глаза (хочет, чтобы всё было по-честному) и медленно начинает считать.

Я прохожу столик. Диван. Дверь. Шершавые обои в коридоре. Сворачиваю в мамину комнату. Подхожу к большому шкафу и стараюсь открыть дверцу тихо-тихо. Залезаю внутрь и замираю среди маминых юбок и платьев. Их тут много – как будто заросли. И они так вкусно пахнут мамой, что я дышу, дышу в этом мамином лесу, дышу…

И даже не слышу, как мама меня находит. Мама распахивает дверцы шкафа и молчит. Что с ней? Я протягиваю руки к её лицу: губы у мамы улыбаются, но брови немножко хмурятся.

Может, она огорчается, что я что-нибудь помяла? Я быстро поправляю все юбки и платья и обнимаю маму изо всех сил. Она гладит меня по голове. Она не огорчается!

2

Мы с папой идём в музей. В музеях нам разрешают трогать любое чучело, разные камни и вещи. Другим нельзя, а нам можно. В первой комнате папа кладёт руку мне на плечо и спрашивает:

– Я с девочкой. Мы посмотрим экспонаты?

Кто-то хмуро сопит в ответ:

– Только осторожнее.

А то ходил тут уже один… Как слон в посудной лавке! Трогал-трогал и все копья уронил.

Папа обещает хмурому, что мы будем очень осторожны. А мне очень хочется увидеть слона: где же он? Его я ещё ни разу не трогала. Папа объясняет, что живого слона можно увидеть только в цирке или в зоопарке. А «слон в посудной лавке» – это просто так неуклюжего человека называют. Потому что настоящий слон – такое большое животное! Если бы он смог зайти в музей, то наверняка бы всё тут порушил.

– А ну-ка, – говорит папа и быстро ведёт меня за собой. – Гляди!

Папа берёт мою руку и проводит по чему-то холодному и очень длинному.

– Это слоновьи бивни. Два зуба, которые торчат рядом с хоботом – длинным-предлинным носом. Вот таким.

Папа прислоняет к моему носу свою руку и изображает для меня хобот слона. Я трогаю папину руку-хобот, чтобы представить… И как только слон с таким носом ходит? Неудобно же.