Обещанная некроманту

Он заправил прядь моих волос за ухо и приподнял мою голову, держа за подбородок, заставив взглянуть ему в глаза.

– У людей можно забрать энергию только через поцелуй.

Я проглотила колючий ком в горле, пытаясь выдержать его надменный взгляд.

Дерек осторожно прильнул к моим губам. Внутри меня начало просыпаться ощущение чего-то запретного. Опасность тесно переплеталась с возбуждением, создавая электрическую искру между нами. Моя сопротивляемость постепенно ослабевала, забирая с собой мой рассудок.

Я почувствовала слабость и лёгкое головокружение.

Некромант приступил к высасыванию моей энергии. Он словно тонкими нитями проникал в мои мышцы и забирал силы. Мои ноги теряли привычный тонус, а в животе появился неприятный холодок. Я ощущала себя вещью, предназначенной для его утех.

Уже почти теряя сознание, я услышала последние слова Дерека:

– Проклятье! Переборщил.

ГЛАВА 3

Элоиза

Утром я проснулась, одетая в ночную сорочку. Это Дерек меня переодел? Или я сама? Но, если сама, то почему ничего не помню? Надо будет у него это обязательно выяснить.

Я пришла на кухню, где сидели Мэтью и Маргарит. Они вели себя странно, переглядываясь друг с другом и шептались о чём-то.

Женщина не смело обратилась ко мне:

– У тебя с господином интрижка?

Я чуть не подавилась куском хлеба.

– Нет, вы что? Какая, к чёрту, интрижка? Он просто нахально ведёт себя со мной, – намазала я сливочное масло тонким слоем на хлеб.

Вчерашний поцелуй вспыхнул у меня в голове, как спичка.

Внизу живота заиграли приятные бабочки.

Мэтью пересел ко мне и вполголоса произнёс, наклонившись ко мне:

– Мне кажется, что он не равнодушен к тебе.

Я вздрогнула и почувствовала, как краска появляется на моём лице.

– Что за чушь?!

– Маргарит, представляешь, она разговаривает с ним на «ты»!

– Да иди ты! – поднялись её брови, образуя на лбу морщины.

– Отвечаю! Вчера, когда мы были в доме, Элоиза разговаривала с ним, как с другом.

– Так вот почему ты так на меня вчера глазел, – приподнялись уголки моих губ.

 – А что в этом такого-то?

Женщина махнула головой, приговаривая:

– Я до сих пор удивлена, как ты ещё жива?

– Говорю же тебе, он к ней неравнодушен, – настаивал на своём Мэтью.

– Перестань так говорить! Я ему неинтересна, как и он мне, – прильнула кровь к моему лицу от нахлынувшей злобы.

– Говорила же, что она не та, а ты всё: она-она, – проворчала Маргарит, бросив на стол чайную ложку.