Мурашки

– Да, пап, это классная идея, – сказал я.

Тем вечером Карвер встретил меня на пороге. Даже по лбу себя хлопнул от удивления.

– Офигеть не встать! Гейб, ты явился первым!

– Я теперь другой человек, – скромно ответил я. – Который никогда не опаздывает.

Его взгляд упал на подарок у меня в руке. Я протянул его Карверу:

– С днем рождения!

Он осмотрел коробочку.

– О, спасибо. А что это?

– А ты открой и посмотри, – сказал я.

Карвер сорвал обертку.

– Ух ты-ы! – взвыл он. – Офигеть не встать! Мои собственные умные часы! Зашибись!

Он выковырял их из пластиковой упаковки и стал надевать ремешок на запястье.

– Да что ты будешь делать! Я их уронил! Бли-ин… Походу, кокнулись.

Наши маленькие чудовища

Когда мы с братом Биллом учились в средней школе, нас частенько приглашали приглядеть за нашими маленькими кузенами Эдди и Джоном. Они были славные пацанята, но едва за их родителями закрывалась дверь, как эти двое карабкались на нас с Биллом – и как давай лупить, тузить и колошматить!

Когда их родители возвращались и спрашивали: «Ну как мальчишки себя вели?» – мы неизменно отвечали: «Ой, замечательно».

Я всегда считал, что сидеть с детьми – работенка не для слабаков.

Сочиняя эту историю, я вспоминал своих маленьких кузенов.

– А-ай! Не кусаться!

Я обеими руками отпихнула своего братишку Шона. Но маленький монстр снова кинулся на меня, лязгая зубами и хихикая.

Я поймала его за плечи.

– Предупреждаю: я и сама укусить могу!

Тут они с Хлоей буквально завыли от смеха. Вот что бывает, когда мама с папой куда-нибудь отлучаются, поручив мне приглядывать за двойняшками. Они дикие, бешеные, неуправляемые и любят атаковать сообща.

Для своих четырех лет они довольно мелкие. Я-то в свои двенадцать – самая высокая девчонка в нашем шестом классе. Но уж поверьте, при встрече с Шоном и Хлоей размер не имеет значения.

Издав боевой клич, Шон обхватил меня за шею и наклонил головой к подлокотнику дивана.

– Эй, не отрывай мне голову! – крикнула я.

Они оба решили, что это замечательная шутка. У них визгливый такой хохоток, будто шимпанзе смеются.

Я поймала Шона за талию и подняла в воздух. Он лягался и извивался.

– Пусти, Бекка! Пусти!

Хлоя впилась мне зубами в лодыжку, отчего я чуть не уронила Шона. Они оба страшные кусаки. Когда я пожаловалась на них маме, она только сказала: «Разбирайся сама».