Мурашки

Вопли сразу оборвались, будто кто-то отрубил громкость. Финальный свисток потонул в охах и стонах.

Я промазал. Мы продули. Продули ястребам этим краснохвостым, потому что у меня рука соскользнула. Бейкер-Забейкер нынче облажался.

«Ястребы», конечно, ликуют, друг на дружку напрыгивают, обмениваются пятюнями, ревут от восторга. А мы с товарищами плетемся прочь. Лицо мое покрылось холодным потом. Я гляжу себе под ноги. Товарищам в глаза смотреть стыдно, после такой-то подставы.

Мой друг Джексон вскакивает с нижней трибуны.

– Слушай, на следующей неделе снова игра, – говорит он. – Ты не виноват, Фредди.

А кто виноват? Такой легкий бросок профукать! Сбрасываю руку Джексона и тащусь в раздевалку.

А там – ни гу-гу, только дверцы шкафчиков хлопают, да вода капает в душевой. Плюхаюсь на скамью и жду, когда дыхание придет в норму. Я весь вспотел, но душ принимать не хочется. Несколько парней мне кивнули, но остальные явно стараются меня не замечать.

Как это мяч мог так выскользнуть? Поднимаю ладонь, осматриваю.

Блин, что-то не то. Кожа обвисла.

Подвигал ее другой рукой. Точно, обвисла, будто стала велика для моей руки. Может, у меня обезвоживание? Надо пить побольше.

Джексон ждал меня возле игровой площадки. Он сразу обратил внимание на мою кислую мину.

– Не падай духом, Фредди, – сказал он. – Ты набрал двадцать два очка, больше всех.

– Давай не будем, – оборвал я. Вообще-то я не плакса. Нюни не распускаю. Так чего же у меня так дрожит голос?

Джексон подтолкнул меня в сторону улицы.

– Погнали. Выше нос!

Я пихнул его в ответ.

– Думаешь, ты мне помогаешь? А вот ни фига.

Он поднял руки:

– Ладно-ладно. Сегодня ты не Бейкер-Забейкер. Ну и…

– Я Бейкер-Продувайкер, – простонал я. – Это даже не рифмуется!

Это порядком его насмешило.

– Ну и что? Вот с Джексоном вообще ничего не рифмуется. Поэтому я тупо не играю в баскетбол.

– Ты не играешь в баскетбол, потому что у тебя руки не из того места растут, – буркнул я.

– И это тоже, – ничуть не обиделся он. – Я назначил Мелоди встречу у твоих предков.

Дело в том, что мои предки держат кафешку в паре кварталов от школы, ребята в ней постоянно тусуются. Длинная стойка со стульями и четыре кабинки – вот и вся кафешка. В конце зала стоит древний игровой автомат «Пакман», принадлежавший еще моему дедушке. Только и слышно, что его «пинг-пинг-пинг».

Мелоди ждала нас у стойки, а перед ней стоял высокий стакан с розовым смузи.