Мурррашки. Истории о котах и человеках

А у котов? Усы, лапы и хвост. Навигатора-то нет.

– Тебе больше надо книжек читать. У котов тоже есть нюх. Я без него никуда не пойду. – Плюхнувшись прямо на асфальт в белых колготках и синей юбке в складку, девочка протянула руки.

Кот устроился на коленях Нади. Замурчал словно работающий дизельный двигатель. Люба замерла, остановив выкрик возмущения. Вскинула бровь.

– Видишь, я же говорила, что это он! Позвони Ольге Тольне, пусть разрешит тебе опоздать на работу. Давай отнесём его домой.

– Хорошо, отпрошусь.

Но учительнице сама будешь объяснять, почему в первый класс только пришла и через неделю уже прогуливаешь школу. Пойдём, дома есть тот, кто точно распознает самозванца. – Подхватив под мышки дочь, подняла её и отряхнула.

– Точно! Пончи его узнает, и ты поймёшь, что это Пуф! – Она прижала вцепившегося в ветровку усатого.

– Дай лучше я его понесу, не дай Бог, лишайный.

– Нет, если ты заболеешь, кто за нами будет ухаживать? – Девочка крепче стиснула кота. Тот совершенно не предпринимал попыток бегства из детских объятий.

«Кожаные друзья», как любила говорить Надя, и хвостатый пробирались сквозь поток школьников, стекающихся к учебному заведению из ближайших кварталов. Кот поддавал жару своей тарахтелке так, что Люба слышала его даже в городском шуме. Вглядываясь в лицо счастливой дочери, вспомнила, как новый друг появился в их доме.

– Сколько дней уже даёте антибиотики? – Врач скорой всматривался в подобравшиеся к сорока цифры на градуснике.

– Пять. Педиатр сказала, что должно стать лучше, но сами видите… Скоро Новый год.

Мне страшно. Как ингаляции ей делать-то? – Люба взяла на руки дочь, дышащую со свистом. – Мы спим сидя, окно уже боюсь открывать, может, так хуже делаю. В ванной плесень скоро появится от постоянного пара.

– Давайте сделаем так. Укол поставлю, температура спадёт. Забирать не буду, у нас случай менингита в инфекционке. Вам только его ещё не хватало подцепить. Оставлю свой номер. Будет хуже, звоните, госпитализируем. Пейте больше. – Седой врач вытащил из чемоданчика бланк и ручку.

Выводя закорючки на языке, понятном только выпускникам меда, хмурил брови и поглядывал на девочку, висящую на матери. – И мужу скажите, что вам отдых нужен, так долго не протянете.

– Муж… ушёл неделю назад. Некого просить. Мы сами справимся, спасибо. – Люба шумно сглотнула, пытаясь удержать накатившиеся слёзы и обиду.

– Извините, увидел ботинки в прихожей…

– Не успела выкинуть. Некогда. – Она чмокнула дочь в лоб.